Вакуум власти постарался заполнить Таппен, но толпа к тому моменту уже успела расколоться на несколько лагерей, каждый из которых имел своё мнение насчёт виновных во всех бедах города. Поэтому всё, что удалось бывшему городскому управляющему, — это возглавить тех игроков, кто предпочитал задавать вопросы действующему руководству Нокса.
Фалайз не нашёлся, что тут сказать, а Тукан просто не собирался в это влезать. Ночь и так выдалась длинной. Освободив Куого и Вармонгара, в чём им никто не мешал, они собирались покинуть площадь, а следом и Нокс, когда поняли, что кого-то не хватало. Оулле до сих пор оставался на помосте. Ни к кому конкретно не обращаясь, рахетиец спросил:
— Вы знаете, как подобные споры решались на заре Древнего Рима?
Таппен, стоявший к нему ближе, озадаченно почесал затылок, демонстрируя отсутствие познаний в античной истории. Толпа же в свойственном ей стиле принялась «советовать»:
— Казнь! Казнь!
— Нет. Люди уходили в другое место и начинали там заново. Это лучше бесконечных дрязг и войн. — Выждав чуть-чуть, Оулле закончил свою, мягко говоря, непродолжительную речь: — Мы примем всех желающих, давая построить тот Нокс, о которым вы всегда мечтали.
И он, сопровождаемый огромным количеством взглядов, покинул помост, а следом и площадь.
— Фиона будет в полном восторге, — ехидно оценил Тукан. — Она тебе памятник обязана поставить. В натуральную величину и из золота. Сначала ты сам пришёл, затем привёл бригаду отборных бойцов, а теперь переманил целый город. Страшно представить, что будет дальше!
— Я просто сказал что думаю, — не поддержал его восторга рахетиец.
— В прошлый раз ты так начал гражданскую войну, гы, — заметил Вармонгар и на всякий случай гоготнул, демонстрируя, что это такая шутка.
— Странный получается мутант, — заметил Куого. — У нас там Рахетия. У этих будет Нокс. У вас — Гадюкино.
— Рахеноксино, — мгновенно соединил слова Тукан. — Что-то в этом есть… звучит!
— Разве не важнее, что это наш дом? — вполне серьёзно спросил Фалайз. — Ну, или место, где каждый может почувствовать себя как дома?
Ответа не последовало, но фраза определённо заставила присутствующих задуматься.
Возле ворот их уже ждал Рен Нетцер. Не то чтобы его присутствие тут было необходимо, но он явно хотел поговорить:
— Это правда, что Каменец стоит пустой?
— Да. Пустой и сожённый до основания, — подтвердил Оулле.
— Понимаю. Я отправлю десяток стражников, чтобы они там привели всё в порядок и поддерживали его дальше. — Дворф вдруг улыбнулся. — Что касается этой вашей идеи насчёт переселения…
Он замялся, как будто стесняясь. На помощь пришёл Тукан.
— У нас есть глава МВД, и ему определённо не повредит консультация специалиста. Если ты, конечно, ничего не имеешь против толстых, жадных гоблинов.
Рен Нетцер, похоже, не имел предрассудков на этой почве. Зато его волновало кое-что иное, более практичное:
— Вы вообще прокормите эту ораву, если она к вам заявится?
— О да-а-а, мы по три урожая на неделе снимаем! — самодовольно заявил крестоносец.
Дворфа это не то чтобы убедило, но так или иначе ворота он открыл и вопросов больше не задавал. Оно было только к лучшему.
— Ты не сказал ему, что хоть мы и вправду снимаем по три урожая, — заметил Оулле немного позже, — но это три урожая кокосов.
— Ну не все же хорошие новости сразу! А то ПУФ, — Тукан надул щёки. — Лопнет от счастья! Что? Может, он «Ваунти» любит⁈
Исход из Нокса не случился одномоментно. Было сломано много копий, высказана масса претензий, разбита целая куча витрин и немалое количество лиц, прежде чем город начал пустеть.
Первыми его покидали те игроки, которые уже и так в той или иной степени сотрудничали с Гадюкино. Им было выгодно переехать поближе к своим инвестициям. За ними потянулись те, кому просто было нечего терять. Нашлись и авантюристы, всерьёз рассчитывавшие на новом месте радикально изменить своё благосостояние. К ним по итогу присоединился Таппен, вновь возглавив Нокс, но уже в другом месте и иной ипостаси — как лидер общины. Рен Нетцер, как и говорил, отправив отряд в Каменец, с остальной стражей подался в Гадюкино.
Не все уходили на восток. Многие подались из Нокса на запад в сторону Озёрной федерации. Некоторые и вовсе кораблями отправились на север, ища новый дом в степях Неди. Нашлись и те, кто по итогу подался к паладинам в Дракенгард.
Часть игроков осталась. Из верности Нике или же будучи финансово заинтересованными. Мародёры и прочие «предприимчивые» не заставили себя ждать. Они рассчитывали прибрать к рукам пустые здания и брошенные вещи. Этих ждало особенно сильное разочарование: так как исход не был разовым, всеобщим событием, то бросали не так уж и много ценного. Спросу же на пустые коробки домов и ржавый хлам попросту неоткуда было взяться.
Вернувшаяся Ника флегматично прогуливалась по улицам пустеющего и хиреющего прямо на глазах города. Формально она всё ещё оставалась народным трибуном. Только народа больше не было. Как не было и тех, кто бы выполнял её указания. Дворфийка даже ворота закрыть оказалась не в силах — механизмы кто-то сломал.
