В этот момент конфетная начинка внутри не иначе как забурлила, отчего вампирша не просто вынула засов из ворот, а разломала его в щепки. Сами ворота не пострадали исключительно в силу своей монументальности.
Тем не менее, тоннель открывали осторожно и с опаской, ожидая мгновенного нападения. По тем же причинам не стали закрывать за собой ворота, когда стало ясно, что хоть здесь и сейчас нападать, может, никто не будет, но этого, впрочем, не гарантировалось в будущем.
Девушки очутились на своеобразной улице, где здания и стены были одним и тем же неразделимым целым. Магазины, жилые помещения, мастерские — всё как и полагается городу, пускай и подземному. Причём очень густонаселенному городу. Как выяснилось, не все дворфы покончили с собой на перекрёстке, большая часть осталась тут, что им, впрочем, не сильно помогло и на печальную судьбу не повлияло.
Следы борьбы или какие-то намёки на нападение всё также отсутствовали. Местами встречались следы пожаров, порой охватывавшие целые улицы. Но, вероятнее всего, это было стечением обстоятельств, а не намеренным поджогом. В том смысле, что, оставь большой город без внимания — и там непременно что-нибудь рано или поздно загорится, даже если дело происходило в толще гор. Город же оказался гигантским — перекрёсток перед обсерваторией был всего крошечной его частью.
Калита и Эланна вышли на большущую площадь. Она была настолько громадной, что даже ночное зрение не помогало — часть пространства всё равно оставалась скрыта в темноте. Здесь сходилось сразу шестнадцать туннелей. И именно здесь располагалось большое многоэтажное здание с эмблемой в виде шестерни на фасаде. В отличие от других построек, оно не было вырублено в толще гор. Наоборот, сначала расчистили место, а затем сложили из отёсанных камней восьмиугольное строение, упирающееся в потолок на манер колонны. Ещё пятнадцать таких же располагались по кругу, аккурат между тоннелями. Что это такое гадать особо не приходилось:
— Центральная площадь и административный квартал, — прошептала сама себе Калита, приглядываясь к остальным зданиям. — Банк, храм, гильдии…
Выглядело это очень впечатляюще, учитывая масштабность и всё ту же маниакальную точность строительства во всём, начиная от общей планировки и заканчивая расположением колонн и светильников — хоть с линейкой ходи.
Особое место в планировке занимала конструкция в самом центре площади. Она представляла собой смесь фонтана и фонаря. От первого достались общие конструктивные особенности. От второго — здоровенная, полая внутри колба то ли из стекла, то ли из кристалла. Тот едва заметно светился.
Что не впечатляло вовсе, так это количество тел. Вот сюда точно набилась половина города. Итоги были всё такими же не очень жизнеутверждающими. Эланна вновь отметилась на почве наблюдательности, указав на полосы на полу:
— Следы!
И вправду, то тут, то там были видны отметины, словно уже после того как коллективное самоубийство окончилось, здесь кто-то ездил и даже ходил. Хотя второе было заметно куда в меньшей степени. Следы вели в один и тот же тоннель, выглядевший даже издали, в тьме, как аллея к королевскому дворцу.
Наконец повезло и Калите. В процессе поиска следов она заметила среди истлевших тел и пыли вперемешку с грязью что-то большое и металлическое. Это был, судя по шестерням и котлу за спиной, паровой голем. Не сказать чтобы очень совершенный: обитатели Заводного города мастерили штуки и покруче. Зато в отличие от них это изделие так и веяло массовым производством.
Голем был сильно повреждён, но всё по тем же причинам. Сам себе оторвал голову, затем понаделал отверстий в котле и в конце размозжил себе руками грудину, где располагался, судя по выемке, некий важный элемент конструкции — этакое сердце.
— Многое я видела в этой игре, — поделилась мнением вампирша, — но суидальных неодушевлённых предметов ни разу.
— Обычно големы делают что им сказано или стоят ждут новых указаний, — поддакнула Эланна. — Может, ему кто-то приказал так поступить?
— Если тут кто-то был в настолько здравом уме, — обвела рукой площадь вампирша, — почему он не попросил, кхм, помочь?
— Цинично, но справедливо, — согласилась друид. — Неужели здешнее безумие настолько заразительно, что коснулось даже машин?
Калита, не отвечая на этот явно риторической вопрос, уверенно направилась по следам. Эланна, не споря, последовала следом, но всё же поинтересовалась:
— Не будем обследовать площадь? — Она подначила: — Боишься?
— Чего? Чего тут бояться? — Вампирша пренебрежительно отмахнулась. — Всё, что на нас могло напасть, не сделало этого за три часа. Значит, либо ничего нет, либо оно нас боится больше, чем мы его.
— Вот бы мне твою храбрость и уверенность!
— Вот обязательно вот так вот отвечать? — после небольшой паузы кисло уточнила Калита.
— Как? — искренне изумилась Эланна и сразу же задала второй вопрос. — Что мне следовало тебе сказать?
— Ну-у-у-у, — вампирша призадумалась, а затем призадумалась сильнее. — Сказать, что я… Найти подлинный… Обозначить моё…
