Это было сродни угрозе. Нет, Оулле не принуждал кого-либо, не кричал и не махал кулаками. Однако даже его предельно спокойные разговоры многими воспринимались не иначе как насилие. С соответствующими последствиями.
— Не надо! — решительно замахала руками Лина. — Я сама, а то будет как в прошлый раз.
— Между прочим, ей выписали штраф за ложный вызов полиции, — напомнил Оулле.
— Угу, а тебя два часа продержали в участке. Нет уж! — Лина, уже поостыв, повторила решительнее прежнего: — Я сама. Буду собирать деньги и поговорю со всеми один на один.
— Они тебя не услышат.
— Услышат. — Подумав, она добавила задумчиво: — Хм-м-м. Но, может быть, не с первого раза…
Спасшись, Калита и Эланна не спешили уходить от врат Карак-Долла. Их никто не преследовал — некому было в пустой-то дворфийской твердыне заниматься такими глупостями. Но и палящий пронзительный белый свет не думал меркнуть. Даже посреди дня, пускай и не очень ясного и солнечного, было прекрасно видно, как он ярким лучом бьёт из дыры.
Такое светопредставление не могли не заметить, особенно когда опустится ночь. Это было чревато. И совсем не по причине, что кто-нибудь мог умереть. Умереть — лучший исход. Но вот если эта штука начнёт захватывать новые области… Конечно, маловероятно, что данное явление, чем бы оно там ни было на самом деле, распространялось подобно инфекции. С другой стороны, дворфы, прежде чем самоубиться, «украсили» свой город специальными светильниками, похоже, даже не подозревая об опасности.
Поэтому девушки, сразу как отдышались и пришли в себя, переварив только что случившееся, прежде всего вернули на место ту дверь, что сорвали с петель, стремясь поскорее выбраться наружу. На всякий случай ещё и прикрыли её еловыми ветками. Остальное они трогать не стали. Да и не то чтобы у них имелась какая-то возможность хотя бы в теории как-то замаскировать стометровые ворота подземного города. Хотя ничто внутри не указывало на то, что там кто-то бывал с момента гибели дворфов.
— Однажды мы вернёмся сюда и очистим это место! — одухотворённо заверила Эланна, по всей видимости, обращаясь к горному воздуху.
— «Очистим»? — уточнила Калита, на которую это заявление если и произвело впечатление, то самое что ни на есть негативное. — Та штуковина это же самое слово использовала! Друг друга чистить будете? Типа на скорость?
— Это зло, и его необходимо уничтожить! — Когда вампирша покрутила пальцем у виска, друид уточнила: — Полагаю, что это не тот Свет, которому служат паладины! Это белое пламя — знак повелителя демонов Зарегоса!
Если на Калиту сказанное и произвело какое-то впечатление, то она тщательнейшим образом это скрыла за гримасой пренебрежительного снисхождения:
— Пока мы знаем только то, что сама себя эта штука называла светом, а процесс коллективного дворфопомешательства — очищением. Остальное твои фантазии.
— Это не фантазии! — стояла на своём друид. — А история этого мира!
— А-а-а, — протянула вампирша и не думая сбавлять обороты. — Как ты там любишь говорить: «Так написано в древних друидских манускриптах», да?
— Я никогда так не говорю! — вспыхнула Эланна. — И не тебе, отродью, указывать на выбранный мною путь!
Не то чтобы этот спор имел хоть какой-то смысл. Спорящие явно не имели ни малейших шансов поколебать чужую уверенность в собственной и ничьей больше правоте. Просто накопившимся эмоциям требовался выход, и они нашли его в форме такого вот скандальчика.
— А кому? Медведю, зайчику, может, землеройке? — Калита многозначительно поиграла бровями. — Кто там ещё участвует в ваших так называемых «ритуалах»?
На секунду друид едва не поддалась переполнявшему её гневу и практически решилась на драку, но затем взяла себя в руки, зажмурилась, сосчитала до пяти и сказала:
— Тебе не удастся вывести меня из себя. Найди что-то другое, на чём ты будешь срывать своё недовольство и демонстрировать скверный характер!
Вампирша разочарованно зашипела, целиком и полностью демонстрируя правильность умозаключения насчёт провокации. Развернувшись, она решительно направилась прочь от твердыни. Что было особенно приятно — абсолютно молча.
В прошлом территории к северо-востоку от Дракенгарда и реки Синей назывались «долина Келлес» — по ландшафту и названию крупнейшего города. Если бы не погодная специфика Вечнозелёной долины, они были бы похожи как две сестрицы. Не близняшки, конечно, но схожего имелось больше, чем различий. Одинаково запертые между морем и горами, с большим количеством глухих лесов, озёр и ручейков. Разве что в долине Келлеса не было болот, зато имелась равнинная местность. Ну и кроме того, эту территорию куда лучше освоили игроки — однозначный признак того, что никаких гостей из мира Фей там не было и в помине.
Правили здесь так называемые Заречные бароны, общим числом семь штук. Плюс один граф, тоже Зареченский. Почему-то термин «Синие бароны» или «граф Синий» эти персонажи крайне не любили и избегали всеми силами. И это всё, чем они запомнились истории.
