— Прости, что рушу твои мечты, но это не сработает. Ты правильно сказала: паладины уже были здесь не один и не два раза. Вряд ли они не поняли и не разобрались, что это за устройство, зачем оно личу и как им можно воспользоваться.
— И у них ничего не вышло, — закончила за неё вампирша, понуро опуская голову.
Поняв, что в кабине им больше нечего делать, постаравшись скрыть следы своего присутствия здесь, девушки покинули её и вернулись к осмотру остального некрополя. Смотреть тут было на что: диковинные лаборатории, где текла по трубам слизь; битком набитые хранилища опасных артефактов; библиотеки, которые внутри больше чем снаружи; целое кладбище на случай внезапного визита гостей; склад грязи; оружейные на целую армию; искусственные оранжереи. Наверняка увидев это во время первого визита сюда, паладины сильно впечатлились. Явившись во второй и глядя на частично уцелевшие диковины, тоже много кто мог бы впечатлиться.
К моменту появления здесь Калиты и Эланны чего-то, что могло впечатлить хотя бы в теории, не осталось категорически. Разве что кроме паутины, оказавшейся удивительно устойчивой к падениям. Все остальное, что было крупнее кирпича, превратилось в труху. Да и половина кирпичей тоже в неё превратилась. Концептуально некрополь Келиандра больше всего напоминал бутылку с корабликом, которую долго трясли, и только потом обнаружили, что содержимое не спешило самостоятельно собираться в миниатюрный парусник.
Разумеется, уцелели многие обитатели некрополя. Лич собрал тут целую супергеройскую команду из нежити. Однако вряд ли победа над всадником без головы или гигантским месивом из костей сулила смертью Келиандру и победой над его ордой.
Самого лича девушки видели один раз — издали и мельком. Этого вполне хватило для получения острых впечатлений и обоюдного согласия больше Келиандра не искать.
Побродив так с час и качественно умаявшись сражаться со стражей, девушки вернулись к относительно безопасному участку в самом низу у основания некрополя. По факту это был участок стены, просто висящий в воздухе в отрыве от всего, особенно гравитации. И потому абсолютно безопасный.
Время было уже поздним или, вернее, ранним — Калита и Эланна качественно так засиделись в игре до поздней ночи, которая где-то там снаружи уже плавно перетекала в утро. Устроившись поудобнее, девушки, глядя на выжженную пустошь внизу, освещаемую алыми росчерками заходящего солнца, принялись думать. И думы их были безрадостными.
— Похоже мы и вправду обречены, — признала друид устало. — Хм. Если послушать твоего совета и включить голову: профессиональные борцы с монстрами за несколько месяцев уже перепробовали все варианты. Всё тут осмотрели и облазили. Убили всех по нескольку раз. И всё это было зря.
Вампирша кисло на неё посмотрела, но ничего не сказала и даже лицо постаралась сделать безразличным. Победа в этом споре лишь немного отдавала сладостью — всё остальное занимала горечь.
— Если даже ты отчаялась, то, наверное, дела наши и вправду плохи.
Калита тоскливо вздохнула и сменила тему, глядя не вниз, а на небо, казавшееся отсюда таким близким, что рукой дотянуться можно было. Тёмно-синее, с алыми отблесками, оно напоминало океан куда сильнее, нежели Озеро внизу.
— Знаешь, почему я так нетерпима к тебе? Потому что такие оптимисты, как ты или Фалайз, вечно оказываетесь правы. А пессимисты вроде меня… — она невесело усмехнулась, — только проигрывают, раз за разом. Даже когда всё складывается к лучшему, я всего лишь оказываюсь на правильной стороне и не более того. Моей заслуги в этом как будто бы нет. Словно я — пиявка, присосавшаяся к пяткам успеха. Вечная неудачница.
— Я не считаю тебя неудачницей, — не согласилась Эланна. — У твоего имени богатая история, и оно известно даже в Рахетии!
— Не благодаря, а вопреки, — буркнула вампирша, играясь алой прядью с лучиком солнца. — Я вечно за кем-то плетусь. Мисато, Гонгрик, теперь вот Фиона. Но если бы кто-то из них прислушивался к моему мнению — никакой славы не было бы и в помине. Действуй кто-то из них по-моему — непременно бы проиграли.
— Хм. Но ты же сама открыла способ стать личом! Тебе никто не помогал! Вообще!
— Да, сама. Только вот если бы Фиона прислушалась ко мне, — Калита махнула рукой вдаль, — мы бы ушли отсюда. Вернулись обратно в Амбваланг. В этом-то и проблема, понимаешь? Это не моя заслуга! Просто Фионе хватает чести не заявлять о таком в открытую, но она имеет полное право претендовать на лавры. А я? Нет! Потому что хотела уйти. Не верила, не считала и так далее. И это самое бесячее.
Эланна не нашлась, что тут сказать. Да и разговор прервал знакомый гул — устройство снова пришло в движение, что-то кому-то передавая на землю. Луч в этот раз оказался пронзительно белым.
— Знакомый цвет, — отметила друид мимоходом, когда шум поутих, просто для того чтобы разговор не прекращался.
