Калита без интереса повернула голову, уставившись на луч пустым взглядом. Затем посмотрела на собеседницу и ещё раз на уже гаснущий луч. Глаза вампирши расширились. Внутри неё одномоментно столько всего пришло в движение, столько мыслей завертелось, что она попросту не смогла оставаться неподвижной и, рискуя свалиться, подхватилась на ноги и принялась расхаживать.
— Хм. Ты что-то придумала? — поинтересовалась Эланна осторожно.
Этот вопрос послужил своеобразным спусковым крючком. Калита подскочила к ней и спросила. Причём с таким видом и таким тоном, словно, если друид не станет отвечать быстро и чётко, то её ждёт крайне мучительная смерть.
— Ты говорила про белое пламя демонов, так?
— Да-а-а…
— Там, внизу, мы видели демонов⁈ В составе орды?
— Хм, к-кажется, нет, но лучше будет п-проверить, — запинаясь, растерянно сказала Эланна.
Растерянность эта была вызвана отнюдь не вопросами и даже не тоном, которым их задавали. Просто она тоже уже начала понимать только что родившуюся и ещё не оформившуюся идею. Задумку, осуществив которую, у них появлялся хотя бы призрачный шанс победить.
— По моим оценкам монстры закончат возводить насыпи номер два и три завтра-послезавтра. Один и четыре будут готовы в течение недели. О состоянии прочих судить не могу, но полагаю, что сроки их возведения кардинальным образом не отличаются.
Закончив доклад, Горац фон Вольт — немолодой эльф с длинными молочно белыми волосами — сделал шаг назад, словно опасаясь вспышки гнева. В каком-то смысле они с Магистром сейчас были очень похожи. Только вот болезненная усталость у Гораца была частью его образа. Этакий замученный творец, который смотрит на рельсы в метро.
Беспокойство архитектора не было беспричинным. Чем ближе становился час «Х», тем в большее уныние вперемешку с бессильной злобой, выплескиваемой на близлежащих, охватывали измученного Магистра. Так было и в этот раз:
— Мы не готовы. Столько всего нужно сделать, столько пополнить и укрепить. Нам нужно ещё время…
Здесь он был всецело прав. Чтобы остановить угрозу, подобную той, что надвигалась на них, требовалось очень много либо времени, либо сил. У паладинов же Чистоты не было ни того, ни другого.
Конечно, к ним прибывали подкрепления. Порой даже весьма солидные: в Озерграде наконец поняли, насколько серьезно обстояли дела. Только вот было поздно. Та помощь, которая требовалась паладинам два месяца назад с целью защиты ещё Келлеса, собиралась прибыть не ранее чем через один месяц. То есть тогда, когда сил потребуется ещё больше, ведь придётся защищать уже даже не могучий Дракенгард, а жалкие Нокс и Каменец.
— Нам нужно время, — повторил Магистр чуть громче. — Отправьте отряд — пускай ещё раз собьют некрополь!
— Это не поможет, — сообщила Матаракша участливо. — Даже если они смогут туда добраться. Каждый раз Келиандр восстанавливался всё быстрее. В этот раз у него уйдут считанные часы и столько же на починку устройства.
— Я говорила, что стоило бы приберечь это на случай битвы, — подала голос Кара.
— Не говорите мне, чего не надо делать, — потребовал Магистр яростно. — Лучше скажите, что надо сделать!
Повисла тишина, впрочем, ненадолго — высказаться вновь решилась нежить:
— Ника привела в Нокс гигантскую армию. С ней стоит связаться.
— Мы не станем связываться ни с ней, ни с её так называемой армией, — эти слова предводитель паладинов выплюнул, словно страшнейшие оскорбления.
— Ещё есть Кси-Кса и её оружие. Я смогу убедить её…
— Её вариант — хуже любого поражения! — вмешалась Матаракша и напомнила. — Взрыв такой силы уничтожит половину Озёрной федерации как минимум. Озеро просто испарится! Вместо того чтобы защитить, мы погубим весь запад!
— Мы не станем связываться с Кси-Ксой, — поддержал её Магистр, охваченный неожиданной решимостью. — Если мы обречены проиграть. Проиграем хотя бы с достоинством.
Кара, не скрываясь, фыркнула. Это можно было бы принять за пренебрежение, и все присутствующие именно так и подумали. Но на самом деле нежить просто не сдержала охватившего её восторга. Всё складывалось именно так, как она и хотела. Самым наилучшим образом.
«Фрайк будет хохотать от восторга».
Кара
— Да, конечно, я уже почти закончил! Остались сущие мелочи. Завтра-послезавтра у вас будет обложка! — как можно более жизнерадостно и уверенно сказал Максим Филатов и быстро повесил трубку. Фраза получилась настолько неественной, что собеседник ненароком мог подумать, что с ним разговаривал автоответчик. Очень явно врущий автоответчик.
Дело было в сущности ерундовым. Знакомый с потока играл в музыкальной группе, а когда те захотели на память о лучших годах всё своё небольшое творчество зафиксировать на виниловой пластинке, то он обратился к Максиму с просьбой нарисовать им обложку. Каких-то особых художеств тут не требовалось и в помине. Сувенир для «своих» — ни больше, ни меньше.
Максим Филатов знал этих людей и их творчество, поэтому за работу брался с воодушевлением. Голова кипела от переполняющих её идей, а руки дрожали, словно у алкоголика, в предвкушении работы.
