— Ой, да пусти ты его уже! — крикнула Фиона, судя по звуку не выходя из штаба. — И извинись. И вещи верни. Деньги тоже.
— Ну вы это, барин тот-самый-Фалайз, вы уж не серчайте на меня, — гремя ключами, принялся лебезить Галя. — Сами понимаете, ох, работа такая, не я такой! Да-да, ох-хо-хо, маемся мы с преступниками всякими! Кем они себя не называют! Вот и… зарабатываемся иногда! Увлекаемся, но только чуть-чуть! Да-да, с кем не бывает же, ну а?
Дикий маг, распрямляясь, смерил его тяжелым взглядом. Затем, не менее грозно посмотрел на стражников с ворот, любезно подавших ему посох и остальное имущество.
— Предупрежу сразу: если ты вздумал избить ими меня, — подал голос Нимук, — я буду сопротивляться!
Никого бить, во всяком случае пока, Фалайз не стал. Вместо этого он быстро направился в штаб, решив кое-что проверить. И не ошибся в своих предположениях. Судя по красным от потуг не рассмеяться лицам, собравшиеся слышали разговор от и до.
— Теперь мы знаем границы адекватности нашей стражи! — жизнерадостно заметила Эланна, прерывая немую сцену.
— Просто для протокола: это был эксперимент, — сдерживаясь изо всех сил, как можно спокойнее сказала Фиона.
— Э-э-эксперименты, кхе-кхе-кхе! — поддакнул Тукан, давясь смехом.
— Можно мне на будущее денег на взятки? — попросил тихо Фалайз, присаживаясь.
— Не поможет. — Крестоносец махнул рукой и усмехнулся. — Они считать не умеют. Вообще никто, даже Галя. Тот хрыщ — ДядяСтёпа — уже четвёртый час сидит.
— Тоже эксперимент? — уточнил дикий маг. — Что он вообще натворил?
— Пытался украсть шубу Петловича, — рассказал Оулле, едва заметно улыбаясь. — Вместе с самим Петловичем. Зачем-то.
— Любоффф, — многозначительно бросил Тукан. — Она с нами такие штуки вытворяет…
Фиона, прерывая этот несомненно важный и увлекательный разговор, постучала по столу и сказала:
— Ладно, давайте переходить к делу.
— То есть наш лучший план — вытащить из проклятого, заброшенного города некого робота… — принялась подытоживать Фиона.
— Голема, — поправила её Эланна.
— Да-да, — отмахнулась жрица. — Голема, который не факт что вообще будет работать и которого надо затащить в висящий высоко в небе некрополь и там совместить с чёрти каким устройством, дабы боты внизу поубивали сами себя. Я ничего не упустила?
— Ничего! — хором ответили друид и вампирша.
— И ты, — Фиона указала на Калиту, — согласна с этим абсурдом⁈
— Я этот абсурд придумала! — похвасталась вампирша. — А кому не нравится — может паковать вещички. — Чуть сбавив обороты, она продолжила с куда меньшим восторгом: — Всё, что вы знаете про орды монстров, это не просто правда. Это приуменьшенная правда. Никакие стены, даже такие могучие, как этот впечатляющий двухметровый частокол, нас не спасут.
— А что насчет жалости? — явно в шутку уточнил Тукан.
Ему никто и не думал отвечать. Вместо этого Фиона прошлась по штабу и задала самый важный вопрос:
— Этого ведь не хватит, так? Недостаточно просто вытащить этого голема и долететь с ним до некрополя, верно?
Калита и Эланна, обменявшись взглядами, обе отрицательно покачали головами. Суть состояла даже не в том, что будет, а чего не будет, а просто в банальной надёжности. Для надёжности требовалось скучковать как можно больше монстров в одной точке, желательно вблизи зиккурата-ретранслятора.
Никто не знал, как работало устройство, подвешенное к некрополю. Никто не знал, сможет ли он передать свет, погубивший столько дворфов. Никто не знал, распространится ли этот свет по всей сети ретрансляторов. Никто не знал, подействует ли свет на нежить и остальных, как на жителей Карак-Долла.
Требовалось качественно снизить количество «если» в уравнении, а для этого, в свою очередь, необходимо было дать генеральное сражение. Тем самым вынуждая Келиандра собрать войска, ныне размазанные тонким слоем по всей долине Келлес, в один кулак. Кроме того, даже если эффект окажется не настолько впечатляющим и всеобщим, как в Карак-Долле, то у игроков хотя бы появится шанс победить и уже своими силами рассеять монстров.
— Одних только наших сил не хватит, — трезво оценила Фиона. — Нас попросту не заметят.
— Говорят, в Ноксе стоит самая здоровенная, чтоб её, армия ботов из существующих, — подал голос Горчер.
— Да. И принадлежит она Нике, — холодно закончил присутствовавший в штабе Таппен. — Ой, простите, королеве Нике.
Формально он представлял интересы горожан-переселенцев. На практике скорее их нытьё по любому поводу, а чаще всего и вовсе без какой бы то ни было причины.
— Сколько у нас королей-то развелось, — буркнул Тукан. — Пока ещё не поздно, пора добавлять в очередь строительства гильотину или даже две.
— Почему она не выступает на помощь? — скорее для проформы уточнила Фиона.
— Потому что хочет спасти мир единолично, — пожав плечами ответил Таппен. — Она явится. Но не рассвете пятого дня, а только тогда, когда будет уверена и в своей победе, и в том, что спасёт всех и вся.
— Полагаю, нет нужды уточнять, что она будет делать, если мы проиграем до её вмешательства, — пробормотала жрица без тени улыбки.
— Какая глупость! — куда громче высказался Фалайз.
