А там лучшая подруга Эллы кидалась боевыми пульсарами в короля Виттара. И судя по прожжённым дыркам в его костюме, попадала довольно часто.
– Кто-нибудь мне объяснит, что здесь происходит? – задал мучивший меня вопрос, на что супруга с гномом одновременно приложили указательные пальцы к губам и шикнули.
– Тише, – шепнула Элла и протянула кулёк с ягодами. – Начало потом покажу. У меня всё записано. Мне кажется, наш король немного охренел в своей вседозволенности. Анна ему сейчас это прямым текстом объясняет.
– И за что она его так?
Зачерпнул горсть спелых вишен. Ммм. Вкусно.
– Если коротко, предложил любовницей стать, – пожал плечами Брон.
– И?
– Что и?
– Анна согласилась?
– Вот сейчас как раз и ведутся переговоры, – хмыкнула супруга и закинула в рот горсть ягод.
– Я вообще-то твой король! – раздался голос правителя Виттара.
– И как я должна была это понять, ваше величество?! – рычала Анна, не проявляя к монаршей особе ни капли должного пиетета. – На твоей самодовольной роже не написано, что ты король.
– Мне что, везде надо с собой корону таскать? – взвился Годрик. – Да на любом золотом мой профиль отчеканен!
– А ты спроси, я за свою жизнь много золотых в руках держала? – не сбавляла тон девушка.
– Ни за что не поверю, что девушка из знатного рода денег в руках не держала! – хмыкнул будущий смертник. – А как же ежемесячные расходы на шпильки?
– Всё, что я могла себе позволить, это работать как проклятая! А все заработанные мной деньги попадали на счета моих родителей. Мне же оставались от силы десяток медяков на личные нужды. Могу рассказать, что на них изображено. Ваше величество же наверняка их никогда в руках не держал.
– Хорошо, что напомнила, – оскалился в улыбке Годрик, а я хлопнул себя по лбу, предчувствуя, что сейчас он сделает большую глупость. – Я ведь могу отправить контракт твоим родителям и выкупить тебя.
– Ах ты… – задохнулась от возмущения Анна, а я поспешил к ругающейся парочке.
– Хорошенько обдумай свои следующие слова, – пригрозил он девушке. – Ведь от того, что ты сейчас скажешь, зависит твоя судьба. Я могу сделать тебя официальной фавориткой, поселить во дворце, купать в золоте, осыпать подарками. А могу сделать обычной любовницей без привилегий. Рабыней, по сути, чей статус даже ниже, чем у любой служанки.
– Вот спасибо за вашу королевскую щедрость! – издевательски поклонилась Анна, а распрямившись, плюнула в сторону Годрика, благо не попала. – Сами в золоте купайтесь! Надеюсь, после этого у вас забьются поры, нарушится теплообмен, и вы погибнете самой глупой, но зато пафосной смертью. А в вашем королевском саду появится один памятник глупости в виде золотого голого короля.
– Нарываешься? – рванул было он в сторону Анны, но я вовремя положил руку на плечо правителя, прося остановиться.
– Как я ненавижу! – по щекам девушки потекли слёзы, с появлением которых мышцы Годрика под моей рукой напряглись. – Тебя ненавижу! И закон этот твой дурацкий тоже! Всю жизнь мне испоганили! И кстати, – резко стёрла она рукавом платья влажные дорожки с лица, – ничего у тебя не выйдет! Не думала, что когда-то скажу спасибо дурацкому закону!
Грубо толкнув преградившего ей путь короля плечом, Анна покинула берег и направилась в дом, а Брон и Элла поспешили следом за ней.
Я повернулся к Годрику и посмотрел на него с осуждением.
– Ну, тебе-то что надо? – закатил глаза правитель.
– Зачем ты так с Анной? Я же предупреждал! Просил, не лезь к девушке! Ну не светит тебе – женатому мужчине там ничего!
– Это только мне решать, светит или нет. Вот прямо сейчас возьму, да заплачу её родителям выкуп. Посмотрим, как запоёт, когда окажется в костюме наложницы привязанной к кровати.
– Не заплатишь. Она совершеннолетняя и пошлёт и тебя, и своих родителей полем-лесом, если попытаетесь давить. У неё такая история отвратительная с семьёй связана, а ты ей напомнил.
– Но Анна же только на третьем курсе и пока не закончила академию! Она сама мне про это говорила.
– Да. Вот только ей уже двадцать три через полгода будет. Она совершеннолетняя по всем законам.
– Как так? – искренне удивился король, пытаясь на пальцах подсчитать года. – В Академию же с восемнадцати поступают?
– Её родители, воспользовавшись правом опекунов над магами, не достигшими полного совершеннолетия, дважды отправляли отказ от обучения в Академии. Анна только в двадцать лет поступила, когда обман раскрылся. Теперь понимаешь, почему она так ненавидит нашего короля – тебя – и несправедливый закон в частности? Из-за эгоизма родителей ей пришлось тяжело трудиться, при этом все заработанные деньги забирали они… Пользовались своим законным правом. А теперь приходишь ты, весь такой властный, и угрожаешь сделать любовницей?
Под моим тяжёлым взглядом правитель стушевался.
Глава 41. Ричард
– Я… Я не знал, – зарылся он в непослушные волосы руками. – Сам знаешь, законы не менялись уже несколько поколений. Я считал, что они нормально работают, ведь раньше никто не жаловался. У меня и мыслей не было, что дела обстоят так скверно.
