Коварж вел уверенно, но вместе с тем непринужденно. Его умение танцевать трудно было назвать профессиональным, но та легкость и непринужденность с которой он двигался с лихвой окупали отсутствие изнурительных тренировок. Как я не силилась по максимуму не двигаться, но тело само плыло за Сергеем и откликалось на все его па. В конце концов я расслабилась и сразу заметила, какая потрясающая на самом деле звучит песня, как красиво прожекторами подсвечивается площадка для танцев, какой манящий аромат витает в воздухе. Смесь из запахов древесины, чего-то цитрусового, а еще пряного и свежего.
Так, стоп.
Зачем я принюхиваюсь к Коваржу?
Это, что ли, его парфюм мне так приглянулся!
Все. Докатилась. Надо отключать инстинкты с эмоциями и уже пора включать мозги, а то скоро таким темпом тоже, как коллеги-сотрудницы, не стесняясь окружающих, начну томным взглядом на босса смотреть и слюни пускать.
— Вы зачем это сделали? — очухавшись от чар начальника, как змея прошипела я.
— Алена Анатольевна, а у вас что, спина больная? Если так, то больше я не стану прогибать вас в пояснице, — Сергей сделал вид, что не понял о чем это я толкую, а еще и остеохондроз мне зачем-то приписал.
— Я не о танце сейчас говорила, а об Эдуарде Александровиче. Вы хоть знаете с кем вы прервали мне танец? Самым, между прочим, нахальным образом.
— Почему это не знаю, очень даже. Эдуард Александрович — один из крупнейших клиентов агентства.
— Не один из… а самый крупный, — не удержалась и уточнила я, причем таким противным и визгливым голосом, что сама поморщилась.
— Ну и что из того, — хмыкнул Сергей, словно это не он каждый божий день с пеной у рта твердит и твердит, что агентство у нас маленькое, и надо его выводить на качественно новый уровень, а сам с лучшим клиентом обошелся пренебрежительно.
— Как что? Эдуард Александрович — мужчина самолюбивый, а еще он любит со мной в заигрывания поиграть, а вы взяли, подошли и весь кайф ему обломали. Нет, я, конечно, как девушка вам благодарна, особой радости мне его общество не доставляло, но как сотрудник агентства я от вашего поведения просто в бешенстве. Вы в следующий раз, пожалуйста, советуйтесь, перед тем как подобное вытворять. Вот скажите, ради чего вы это сделали?
Коварж глубоко вздохнул, прижал меня чуть ближе, чем раньше, ладонь сжал сильней, чем до этого и произнес:
— Задайте мне тот же вопрос, но не обезличено. И я вам подробно отвечу.
— Не поняла? — напряглась я, догадываясь, что начальник просит назвать его по имени, но еще не теряя надежды, что могу ошибаться.
— Алена Анатольевна, скажите: «Сергей Вацлавич, ради чего вы прогнали моего дряхлого старикашку? Мне так нравился звук сыплющегося песка из его… ну, в общем, вы и так знаете, откуда и что у Эдуарда Александровича сыпалось.
Твою же… И что теперь делать? Вацкать, Клацкать, а именно это и будет выдавать мой язык, если попытаюсь отчество Коваржа произнести.
Пока судорожно соображала, как выпутаться из ситуации (вариант попробовать произнести отчество Сергея отмела сразу, как бесперспективный), красивая мелодия, наполнявшая зал ресторана звуками, начала играть чуть тише, а вскоре и вовсе потухла.
Тот факт, что танец закончен, конечно, проблему с выполнением требования босса полностью не решал, но хотя бы давал отсрочку. Пока мы с Коваржем уйдем с условной площадки для танцев, пока найдем тихое место для продолжения разговора, пока я напьюсь воды, а у меня точно случится острый приступ сухости горла, в голове наверняка родится какая-нибудь светлая мысль, как выйти «сухой» из сложившейся ситуации.
— Алена Анатольевна, мне долго жать пока вы созреете? — раздраженно поинтересовался начальник.
Вместо того, чтобы ответить, несмотря на то, что босс продолжал двигаться, остановилась и попыталась вытянуть свою ладонь из руки Коваржа.
Мало того, что Сергей не отдал мне ладонь, так он еще, пользуясь тем, что сильнее, заставил танцевать меня дальше, хотя из колонок уже как несколько секунд доносилась зажигательная песня на новогоднюю тему.
— Что вы делаете? — уже более активно вырываясь из цепких лап, запротестовала я. — Давайте отсюда уйдем. Мы смотримся как два недоумка, продолжая танцевать медленный танец!
— Мы еще не договорили, так что танцуем, — заявил Коварж, и так как я усилила сопротивление, босс в свою очередь тоже не постеснялся увеличить количество силы, которую он ко мне применял, принудительно заставляя двигаться вслед за ним.
Уверена, мы с начальником теперь больше похожи не на танцующую пару, а на двух боксеров-тяжеловесов, которые за несколько раундов так вымотались колотить друг другу морды, что обессилили и продолжают бой в обнимку, просто топчась на одном месте.
— Если вам так хочется, позорьтесь один, а я пас. Да отпустите вы меня. Ну в самом деле, сколько можно! — рычала я, причем достаточно громко. Если бы кому-то пришло на ум резко выключить музыку, то, думаю, меня бы услышали и все коллеги, и все поголовно гости.
