— Кто бы знал, как я мечтаю подписать приказ о вашем увольнении и отдать охране распоряжение, чтобы дальше проходной не пропускали. Поверьте, если бы я не обещал оставить за вами рабочее место и если бы вы хоть чуточку были мне меньше нужны в занимаемой должности, то духу вашего в здании не было бы уже через минуту. Как же мне надоело возиться с вами, убеждать, уговаривать, — с каждой секундой Сергей говорил все агрессивней и громче, пока не начал откровенно орать. — Дело уже дошло до того, что я веду себя как маразматик. Какие-то схемы придумываю дебильные. Да что там далеко ходить, я на полном серьезе готов был распластать вас вот на этом столе, чтобы хоть как-то урезонить!
— Ой, не надо меня на стол, я против, — вжавшись в спинку кресла и выпучив глаза шире некуда, испуганно промямлила я.
— Алена, пока не началось, лучше молчите, — рявкнул начальник, и я благоразумно решила воспользоваться советом и даже на всякий случай прикусила язык, чтобы лишнего не сболтнул. — Мы поступим следующим образом, — мужчина поднялся со стула и начал кружить вокруг меня словно акула. — Раз вы такая неугомонная и искренне считаете, что с должностью директора справитесь лучше меня, позволю вам этот факт доказать в честном соревновании, а ни как вы действовали за спиной и исподтишка. Кто из нас двоих за три месяца принесет агентству больше прибыли, тот и победит. Если выиграю я, то с меня автоматически снимается обещание вас не увольнять. Конечно, тут же я вас на улицу не поганю, но, если мне даже только померещится, что вы опять пытаетесь меня выжить, как пробка из бутылки полетите на выход. Это, надеюсь, понятно?
Конечно понятно, но неинтересно. Гораздо любопытней, что будет, если я выиграю. А еще до меня не доходит, как мы с Коваржем определим, кто больше прибыли принес, а кто меньше? Но сижу и, как себе обещала, помалкиваю, наверняка Сергей все разжует.
— Вы почему на вопрос не отвечаете? — раздалось возле уха. Вздрогнула и, инстинктивно прижав руки к груди, гневно зашипела на начальника, что стоял за спиной.
— Вы же сами велели молчать, вот я ваш приказ и исполняю.
— Данная рекомендация на мои прямые вопросы не распространялась, вы специально тупите, чтобы…
— Ничего я не туплю, — обиженным голосом перебила я босса. — Сами до обморочного состояния запугали, теперь жалуетесь. Все мне понятно.
— Отлично, тогда продолжим. Если вы победите, то я сам уйду из агентства и порекомендую Марьяне Валерьевне опять вас назначить директором.
— Да ну-у, не может быть, — мои мысли сами по себе превратились в слова.
— Еще как может. Но проигрывать я вам не собираюсь, — хмыкнул Коварж и наконец прижал свою пятую точку, и, слава всему, там, где положено — достаточно далеко от меня, через стол, на своем законном шикарном ортопедическом кресле. — Счет будем вести так. Каждый из нас будет искать для агентства новых клиентов, заключать с ними договоры и сколько они перечислят денежных средств на счет компании в течение этих трех месяцев, столько вы или я себе положит в копилку. По истечении срока мы приплюсуем все суммы и выясним, кто победил. По рукам?
— Вы так спрашиваете, словно у меня действительно есть выбор соглашаться на предложение или же нет, — из вредности заметила я, но после добавила: — Естественно, по рукам и готовьте тару для личных вещей, вы скоро освободите мой кабинет.
Дом, милый дом… Как же я люблю вечером после душа нарядиться в старую потрепанную жизнью длинную футболку, соорудить гульку на макушке, включить телевизор, приготовить в микроволновке попкорн, высыпать его в огромную чашку, забраться в постель и за просмотром какой-нибудь киношки, хрустеть, пока губы от соли не защиплет.
Развалившийся на кровати рядом со мной кот сладко зевнул и премило потянул все лапки одновременно. Пуша сейчас пребывал в донельзя отличном расположении духа и в коем-то веке даже тихонечко мурлыкал. А все потому, что его блудная и вечно работающая хозяйка дома, он накормлен, вдоволь наглажен и приласкан.
Вслед за котом, тоже зевнула и потянулась к пульту, чтобы убавить громкость на телевизоре и под размеренное бормотание сериала уснуть. Да, время еще детское — десять вечера, но недельный недосып сказывается, веки слипаются, а тело то и дело подрагивает, требуя отдыха.
Чмокнула Пушу в макушку, улеглась набок, засунула одеяло между ног и, поерзав, прикрыла глаза.
— Да ну нафиг, — проворчала я, когда из коридора послышалось пеликанье мобильного, который был мной забыт на консольном столике возле входной двери. — Идите все к черту, я уже сплю.
Выползать из-под одеяла и топать к телефону не хотелось катастрофически. Тем более звонили мне точно не родители и не знакомые или друзья, потому как на всех важных людей у меня стояли свои гудки, а сейчас трезвонил общий, тот, что для всех.
Вот к бабке ходить не надо, спать мне не дает какой-нибудь банк, мечтающий втюхать очередную карту, или магазин оповещает о своих мега сказочных скидках.
«Ничего, позвонят-позвонят, да отстанут», — решила я, но телефон не умолкал.
