– Как это не совсем Рус? – у Николая Васильевича вытянулось лицо, он так и стоял, сжимая руку нашего товарища, – А кто же тогда?
Деканы пристально посмотрели на парней, потом дружно перевели взгляды на меня.
– Боги, упасите! Я только в стену вогнать смогла, и то из-за недостатка веса…Милослава вытащила.
Николаша в изумлении открыл рот, да так и застыл.
– Бед…дель Хиром? Правда? – декан демонологов с интересом рассматривал девушку, та, в свою очередь, стала пунцовой, как перезрелый томат.
Она просто скромно кивнула.
– Вот…я тут подумала, а может, Слава за меня боёвку на третьем курсе сдаст? – я опустила взгляд в пол, сделала наиболее кроткий вид, даже ножкой какой-то рисунок на полу попыталась вырисовать, чтобы правдоподобнее выглядеть.
– Ох, ты ж…ё…я совсем забыл Ерофея предупредить! – Николаша быстрым шагом покинул ректорат.
– А он куда? – подал голос ректор, со странным спокойствием наблюдавший за развернувшейся сценой.
– Пошёл Ерофея Игоревича предупреждать о грозящей опасности…Всё же у дель Эмэй боёвка…с мечом, – сдерживая улыбку, произнёс Аристарх Валерьевич.
– Ну-у, это дело страшное, согласен, – вздохнул ректор, – Вопрос решён, все могут быть свободны.
– Куды-то свободны? А как же стена? – возмутился комендант.
– Ах да. Стена…сколько нам ремонт обойдётся? – ректор сделал какую-то пометку на листке.
– Нусь…я и не помню. Да и цены подросли…– растерялся комендант.
– Вот! Значит так. Все могут быть свободны, кроме Аристарха Валерьевича и Софьи. Будем финансовый вопрос обсуждать.
Я опустила голову. Товарищи, удаляясь, ободряюще хлопали меня по плечу. И что же за несправедливость-то такая…
Вот даже учёба не началась, а Заноза моя уже себе столько приключений нашла. Поражает эта её способность. Сан Саныч же оглаживал поверхность стола. Заметил, что у него такое состояние, когда он собирается себе в угоду что-то сделать.
– Аристарх Валерьевич, пострадало общежитие вверенного вам факультета…– многозначительное молчание, ректор обвёл меня и Софью взглядом, видимо, убедился, что мы слушаем. Или проверил, не плачу ли я, – Нужно компенсировать стоимость ремонта.
Занозка тяжко вздохнула.
– А варианта самостоятельно сделать ремонт повреждённого участка не рассматривается? – протянула она с надеждой.
В который раз подмечаю, что моей невесте боги забыли отсыпать скромности. Девушка, конечно, пытается ее изобразить при каждом появлении в деканате или ректорате, но выходит очень неубедительно. Не зря она всё же демонов при заключении договора хранения вокруг пальца обвела. Сейчас и ректор не заметит, как за свой счёт согласится ремонт сделать.
– Ну почему же? Возможен и такой вариант: самостоятельно, за свой счёт. С выплатой компенсации академии, – чуть улыбнулся ректор, алчно потирая руки.
Софья задумчиво почесала нос.
– Как-то невыгодно получается, – тихо пробормотала она.
– Ну а как вы хотели, дель Эмэй? Вы же существенный ущерб академии нанесли…
– Преувеличиваете, – махнула девушка рукой, – Не такой и существенный. Так, дыра небольшая в стене, да чуть кирпичной крошки. Да и пострадала моя же комната.
Ректор прищурился, постучал пальцами по столу. Я готов был уже сдаться и согласиться на условия руководителя, но Софья продолжила.
– Вот если бы мы стену несущую снесли…или нечисть по всей округе подняли, как Тайгар Ферентович на первом курсе…или…
– Достаточно, – у Сан Саныча округлились глаза, – Вы, между прочим, чуть декана мне не угробили! – ректор перевёл на меня взгляд, – Даже не одного.
– Вот! – Софья подняла указательный палец, – Это уже более весомый аргумент. Но опять же, Иван Петрович сам вызвался помочь. Аристарх…Валерьевич тоже сам виноват.
– И вся ты вы белая и пушистая, дель Эмэй! – не выдержал и вспылил ректор.
Лицо его медленно багровело. И это он только минут пять с Софьей спорит. Ему бы на практику с ней съездить, может и жалование мне бы поднял. Из солидарности. Или из жалости.
– Но ведь так и есть на самом деле, – подняла невинный взгляд на ректора девушка, – Злодеев я не ищу, как и неприятности. Но они все липнут и липнут ко мне.
– Ну и наглая же вы, дель Эмэй! – возмущённо выдохнул Сан Саныч, не в силах сыскать другого аргумента.
– Наглость города берёт! – парировала девушка.
– Смелость…– имел я неосторожность влезть в беседу.
– Фи! Да это, по сути своей, одно и то же, – не признала Соня свою ошибку, – Чтобы быть наглым, нужно быть смелым.
И ведь спорить бесполезно. Ректор пыхтел, как самовар. Того и гляди пар из ушей повалит. Мне уже порядком надоела абсурдная беседа.
– Давайте закончим ваши упражнения в словесном фехтовании и перейдём к делу, – мои слова заставили Софью и ректора вспомнить ещё раз о моём присутствии, – Софья при помощи своих товарищей проведёт ремонт в комнате. За ущерб заплачу я.
Сан Саныч кивнул и махнул рукой в сторону Занозки, мол: свободна. Софья, пыхтя и прожигая меня взглядом, поспешила удалиться.
– А чего это ты за неё решил заплатить? – любопытство в глазах ректора подсветило, что сплетни обо мне и Соне мимо него не прошли.
