Аристарх Валерьевич рассмеялся. Мне ситуация не казалась забавной. Даже ладошки вспотели от волнения. И ведь вина во мне в тот день было немного, почему же я ничего не помню?
– Гадаете, почему ничего не помните?
Просто кивнула. Что ещё оставалось в такой ситуации? Сидит и издевается. А мне обидно.
– Это был шикарный момент. Такого эпичного сражения я давно не видел, – продолжал потешаться синеглазый демон, – Вы с Николаем Васильевичем в темноте друг друга не признали…Он думал, что это враги, вы, судя по всему, что это упырь с кладбища. Силы, конечно, были неравны. Зарядил вам Николаша заклинанием по голове. Вот память и отрезало.
Я судорожно принялась ощупывать голову. Силушки декану боевиков боги отсыпали с лихвой. А вдруг у меня там череп треснул?
– Перед тем как отвести вас к ректору, Николай Васильевич вас в целительское крыло отнёс.
– И? Не томите? У меня было сотрясение?
– Угу, хроническое, – еле слышно пробормотал Синеглазка, но заметив мой возмущённый взгляд, поспешил вывернуться, – Вы же там постоянная гостья. Главный целитель уже истории ваших похождений и травм назубок знает. Всё в порядке. Вы щит успели выставить. Хоть он не особо и помог. Но голову вашу от сотрясения спас. А вот в Николая Васильевича вы прицелились лучше своим телом. Поэтому ему сотрясения избежать не удалось.
Не любит. Смеётся. Да поди вообще рад будет, если помру и избавлю его от обязанности присматривать и таскаться за мной. От обиды на глазах навернулись слёзы. Отвернулась к окну и решила, что больше не буду разговаривать с деканом.
Но замуж за него выйду. И буду отравлять ему жизнь до гробовой доски.
Покосилась на этого невозможного мужчину. Встретилась с внимательным взглядом красивых глаз. И вот вроде знаю его уже не первый год. Но…в этот момент испытала смущение. Щёки вновь обдало жаром, дышать стало трудно. Все мысли покинули голову.
Почти все. Одна глупая всё же просочилась…
А понравится ли мне поцелуй с Аристархом Валерьевичем?
Перевела взгляд на его губы, сглотнула. Смутилась ещё больше. До такой степени, что готова была выпрыгнуть из кареты. И как теперь с ним общаться дальше?
Раньше всё проще было…Он декан, я адептка.
А сейчас… Воздуха в лёгких не хватает. И сердечко танцует мазурку…
Оставшуюся часть пути до Грозового герцогства прошла в тишине. Знаю, что стоило придержать язык за зубами, но не мог ничего поделать с собой. Нравилось мне подшучивать над девушкой. Она так забавно сердилась. Становилась серьёзной, задумчивой. Иногда улыбалась своим мыслям. Довольно кровожадно. Но я за прошедший год к этому привык.
И я старательно прятал истинные чувства. Хоть это и было сложно из-за взглядов Софьи и её смущения. Пора было признать, я к ней неравнодушен. Это и радовало, и пугало одновременно. Ведь после смерти Любавы, ни одна женщина не коснулась струн моей души.
А сейчас…После долгой зимы пришла весна. Стужа, терзавшая сердце, отступила.
Но, зная Софью, нужно держать ухо востро. Хотя происшествие с проклятым лесом довольно странное. Для чего это всё было? Нас ведь явно заманили в лес. Или Занозу заманили в лес?
Только это бред. Её можно было и просто схватить. В вопросах безопасности девушка бывает очень беспечна. Нужно будет поручить Григорию присматривать за нечистью лучше.
А мне придётся наблюдать за дель Эмэй. Вдруг её там подменили. Хотя…царь древнего некрополя отдал всё золото, чтобы мы с Митрием её забрали. Боюсь, что Софья стала бы проклятьем этого леса. И всё же подозрительно. Внутри заворочалось чувство тревоги.
Займусь вопросом проклятого леса, как только вернёмся в академию. Пока же нужно решить вопрос с моей матушкой. Которая уже встречала нас в холле замка, всё таком же холодном и неуютном, как и в любое моё посещение.
Герцогиня всплеснула руками.
– Арист, ну что же ты не предупредил, что приедешь раньше? Я бы хоть всё приготовила! – запричитала она.
Приготовила бы.
Невест.
Плавали, знаем. Больше на эти грабли не наступлю.
– Да и то, что приедешь не один…Ты со своей службой совсем о манерах забыл!
– Прошу меня простить, – поспешил ответить и обнять матушку, – Софья, знакомься: это моя мама, герцогиня Елизавета Павловна дель Комсо.
Заноза почтительно застыла в реверансе. Матушка улыбнулась, но взглядом по ней лишь мазнула.
– Матушка, а это Софья дель Эмэй…
– Тебе, наконец, выделили помощницу? О, давно пора. Ты же вечно пропадаешь в королевском дворце или на этих своих кладбищах…
– …моя невеста, а в будущем супруга, – вклинился я всё же в быструю речь Елизаветы Павловны.
Матушка открыла рот и вперила взгляд в застывшую с милой улыбкой девушку. Я же на миг залюбовался. Опять удалось её поразить. Похоже, у нас с Софьей намного больше общего, чем кажется на первый взгляд.
– Что же мы стоим, вы ведь явно устали с дороги, – нервно улыбнулась хозяйка замка, – Светлане нужно привести себя в порядок к ужину, а нам с тобой поговорить.
– Софье, – в голос поправили мы.
– Угу, – но мама уже не слушала.
