Вначале было труднее всего – передвигаться по повернутой лестнице, да еще и в неудобном скафандре, было настоящим издевательством. После четырех лестничных пролетов, сваренных из подернутой коррозией стальных прутьев, что вывели любителей техники на ярус ниже грузового отсека, который и предполагалось обойти, они попали в узкий, металлический тунель, изготовленный из обычной трубы диаметром около полутора метров. Единственным отличием этого прохода от трубопровода, были крошечные светильники, прикрепленные к металлу через каждые десять метров. Света эти устройства давали крайне мало, его не хватало на то, чтобы рассеять мрак, зато его было вполне достаточно, чтобы сделать это место таинственным и загадочным.
– Что остановился, не нравиться место? – Услышал Роберт голос Керона у себя в шлеме.
– Не очень, – ответил Роберт, но все же пошел первым.
Проход змеей петлял, круто огибая механизмы корабля, расположенное на этом уровне. За каждым поворотом, Роберт ожидал всего, чего угодно. Разыгравшееся сознание рисовало кошмарные картины, но ничего не происходило. Нетронутая за столетия пыль устилала проход и больше ничего.
Идти пришлось гораздо дальше, чем они предполагали. Рейдер оказался гораздо длиннее, чем думал Керон. К тому же этот постоянно петляющий переход… Иногда Роберту казалось, что они уже свернули и идут в обратном направлении. Казалось, что этой, покрытой блестяще-черной, защитной пленкой, трубе не будет конца. Вдруг путь преградил правильный, круглый люк.
– Кажется пришли, – сказал Керон, отодвигая Роберта в сторону.
Он стал шарить по стенкам, в поисках панели управления, но таковой не оказалось.
– Это же надо! – Расстроился он. – Вернемся, я этой сучке дисплей на сторону сверну.
– Что случилось?
– Эта … железяка не предупредила, что проход можно открыть только с центрального поста и больше никак.
– Не возвращаться же, – возразил Роберт, – посмотри, я прихватил с собой ключ, которым можно открыть любые двери.
Он продемонстрировал Керону свой плазмомет.
– Давай попробуем, мне то же не охота тащиться назад, да еще и лезть по этим креслам… Так и сделали. Отошли немного назад, Роберт занял привычное положение и прицелился.
– Слушай, – остановился он, – а если там отсек полностью залит водой?
– Ну и что, подумаешь. Мы же в скафандрах. Давай смелее. Стреляй вон туда и туда, – показал он на место крепления массивной петли и предполагаемого ригеля замка.
Для начала, Роберт выстрелил в центр круглого люка. Брызнул во все стороны не успевший испариться металл. После третьего выстрела, плазма ушла в соседний отсек, не встретив больше никакого сопротивления. По трубе еще перекатывались быстро угасающие, стальные шарики, а Керон уже подбежал и заглянул в темноту за люком.
– Нет там никакой воды, там сухо как в пустыне. Продолжай, не стесняйся. Конечно, если ты хочешь сохранить свою собственность, то можешь сходить на центральный пост, а я тебя здесь подожду.
Роберт не хотел. Ему было плевать на эту собственнось и он жестом показал Керону, чтобы тот убрался с линии огня.
Скафандры были действительно не простыми. Как только Роберт стрелял, стекло его шлема мгновенно темнело, защищая глаза от яркой вспышки. Судя по огромным глазам каритов, практически лишенных век, для них было не последним делом, чтобы световой поток всегда оставался одинаковым. Насколько Роберт припоминал, у людей, скафандры с такими стеклами использовались только в армиях развитых систем. Во всех остальных случаях, это был обыкновенный светофильтр, которым можно было вручную прикрыть смотровое стекло, хотя если поблизости, слишком ярко что-то неожиданно вспыхнет, и глаза при этом будут открытыми, то уже можно ничего не закрывать – сетчатка глаз все равно уже выгорела.
Стальному кругляку, преградившему проход двум любопытствующим, с лихвой хватило пятнадцати выстрелов. Последний сорвал его с места и отбросил на несколько метров в темное помещение. С грохотом, который давил на уши даже через шлем, он сделал несколько оборотов, напоминая брошенную на стол монету и успокоился.
Медленно и неохотно зажегся свет, осветив длинное, узкое помещение, на стенах, потолке и полу которого, от труб разных диаметров, цвета и профиля, не было свободного места.
– Почти пришли, – прокомментировал увиденное Керон, похлопав по ближайшей трубе ладонью, затянутой в четырехпалую перчатку. – Столько труб может быть только поблизости от реактора. Такие каморки были на всех кораблях, на каких мне удалось побывать. Здесь собраны все задвижки и регуляторы, воспользоваться которыми можно в самом крайнем случае – если реактор уже не реагирует ни на какие команды из рубки управления, то можно придушить его отсюда, вручную. Бывает, что в самом реакторном отсеке, настолько плотная радиация, что там все светиться само по себе и очень трудно найти добровольца, который бы согласился прогуляться по этому пеклу, поэтому управление жизненноважными коммуникациями и выносят в отдельное помещение.