– Знаешь, жизнь большая стерва, – подытожил Керон свой жизненный опыт, использовал для этого паузу между грохотом разрывов, терзавших реакторный отсек рейдера и гулко отзывающихся по всему корпусу, – и что самое обидное, у нее есть одна отвратительная особенность – повторяться.
– Что значит повторяться? – Не понял Роберт.
– Все это уже со мной было, к тому же совсем недавно. именно после такого случая я и попал на этот проклятый Отстойник.
– Ну тогда я спокоен, – соврал Роберт. – Я уже попрощался с жизнью и стараюсь вспомнить хоть какую-нибудь молитву Безвредного, но раз ты говоришь, что такое с тобой уже было, и ты до сих пор живой, то волноваться нечего.
У Роберта было отвратительно на душе. Его душил страх, постепенно сменяющийся отрешением безисходности, но он пытался подбодрить друга.
– Возьми штурвал, – попросил Керон, не обращая внимания на его рассуждения. – Мне тоже нужно одеть скафандр. – Делай счет и поворачивай по очереди вправо и влево, чтобы мы сохранили направление полета, но этим гадам было труднее с нас попасть. Попробуй.
Роберт взялся за дублирующий штурвал. Керон бросил свой и принялся натягивать на себя непослушный скафандр.
– Раз, два, три, – считал Роберт, – вправо. Раз, два, влево. Раз, вправо. Раз, два, три, влево.
Громадная машина послушно подчинялась движениям его руки, легко закладывая вираж за виражом. Было слышно, как пересыпаются от борта к борту сорванные со своих креплений контейнеры.
– Классно получается, – похвалил Керон и едва успел схватиться за кресло, после очередного непредсказуемого виража Роберта. – Ты петляешь, что надо. Если будет возможность, то когда-нибудь я тебя еще и прямо летать научу, – пообещал он надевая шлем и пристегиваясь к своему креслу. – Одень шлем и включи переговорное устройство – сейчас в этом корабле безопаснее лететь в скафандрах.
– Куда мы летим? Я вижу ты упорно идешь одним курсом. Если бы ты кружил на месте, то мы наверняка бы протянули дольше.
– Посмотри на экран радара. Видишь кривую черту прямо у нас по курсу, за которой орнамент картинки не такой однородный. Это береговая линия. Мы проскочили это море и уже почти добрались до нее. У меня появилась одна идея, но пока это еще только идея, если нам дадут возможность и не собьют раньше, то я тебе скажу что делать.
По корпусу пришлась целая серия точных попаданий и гул металла заглушил последние слова Керона.
– Разгерметизация контура реактора, – бесстрастно сообщила блондинка с экрана, когда гул стих, – через двенадцать минут ручной контроль станет невозможен. Советую его заглушить, пока это возможно.
– Вижу, – рявкнул Керон, глядя как стремительно растет температура в прилегающих к зоне реакции отделениях реактора. – Только несколько минут, – взмолился он, – мы уже почти прилетели.
– Точно сказано, – подтрунил Роберт, которому неожиданно стало все равно, – «почти прилетели». Еще чуть-чуть и прилетим окончательно.
Керон пропустил замечание мимо ушей. Тонкая черта горизонта вдруг стала расширяться буквально на глазах, наливаясь темно-зеленым цветом.
– Добрались, – показал Керон на приближающуюся стену джунглей, подобравшуюся вплотную к лазурным волнам моря.
Две стихии разделяла тонкая полоска выбеленного солнцем и морской солью песка. За широкой прибойной полосой сразу начинались непроходимые с виду заросли.
Керон развернул рейдер и пошел параллельно береговой линии быстро снижаясь. Прекратив снижение на отметке в пятьдесят метров. Слева в иллюминаторах быстро проносились джунгли, под брюхом терзаемого стервятниками корабля, проскакивали темные и более светлые пятна моря, при одном взгляде на которые, специалист-океанолог точно бы определил глубину, водную растительность и еще много чего, что знают только специалисты. Керон же мог только догадываться, всецело полагаясь на свой жизненный опыт и робко надеясь на интуицию. Среди этих отмелей он искал достаточно глубокое место, способное полностью скрыть корпус рейдера, лежащее по возможности как можно ближе к линии прибоя. Он даже встал со своего кресла и почти перестал маневрировать, получая по корпусу целые серии результативных попаданий, старательно всматриваясь в обманчивую водную гладь.
– У вас есть восеми минут на то, чтобы заглушить реактор, – сообщила блондинка.
– Есть! – Крикнул Керон, указывая на темный лоскут водной глади. – Застегивай как следует свой шлем и бегом к шлюзу, через который мы попали на этот корабль. Бери с собой оба плазмомета – они важнее, припасы я прихвачу, если получится… Откроешь первый люк и жди меня. Да, и держись там за что-то, – раздался голос Керона в наушниках шлема Роберта, когда он уже бежал по раскачивающемуся из стороны в сторону коридору, – я сейчас буду имитировать катастрофу, если конечно они эти двое, не съиммитируют ее для нас раньше и по настоящему.