Но кто же живёт в лесу, если их так боятся? С кем встретились Ремзай и его отец? О каком следе спрашивал старейшина? Именно из-за этого следа парня убили у всех на глазах. И к телу никто так и не подошёл.
— Помогите! — истошный крик прорезал воздух над улицей.
Пастух Илгар, спотыкаясь, бежал к собравшейся толпе. Из-под его ног отскакивали мелкие камушки.
Все взгляды обратились в сторону невидимого отсюда луга, куда он с рассветом погнал овец.
— Они? — коротко спросил старейшина.
— Они, — выдохнул Илгар.
Он остановился перед старейшиной, тяжело дыша. Дрожащей рукой пастух машинально потеребил тёмную бороду, пронизанную седыми нитями. Его взгляд упал на тело Ремзая. Илгар отвёл глаза.
— След? — коротко спросил он.
— Да, — старейшина покосился на всхлипывающих Рилу и Ирху. — Что со стадом?
— Они перебили половину овец, — Илгар нервно сглотнул. — Первым убили Вайна…
Я охнула. Вайн — пёс Илгара — стерёг стадо восемь лет. Огромный, мне по пояс, с массивной челюстью, и грозно торчащими даже из закрытой пасти клыками. Кто мог справиться с ним?
— Но почему вы не стреляли? — простонала Ирха.
— Если бы Илгар ранил или убил кого-то из
— Они сказали, чтобы мы отдали им вилу, — выдохнул пастух. — Или они возьмут её сами.
— Лучше бы забрали это отродье вчера вечером! — с ненавистью выкрикнула Рила. — Мой муж, мой единственный сын погибли ни за что!
— Половина овец… — вторила ей Лиада.
— Мой Вайн, — горестно вздохнул Илгар.
— Пусть забирают! — завопили сразу несколько голосов. — В лес ведьму!
— В лес! — подхватил мой отец. — Знал бы, кто они, — отдал бы сразу!
Я не успела опомниться, как мои руки оказались спутаны крепкой бельевой верёвкой из ближайшего двора.
— Одета больно уж простовато, — ухмыльнулась Лиада.
— Об одёже речи не шло, — буркнул отец.
Несколько мужиков гоготнули.
— Скажите хоть, кто там, в этом лесу, — попросила я.
Молить о пощаде было бессмысленно. Я чувствовала вокруг только ярость и мрачную решимость. Если селяне одобрили убийство Ремзая, то они спокойно отправят меня к кому угодно.
— Увидишь, ведьмино отродье, — истерически рассмеялась Рила.
— Прекрати, — устало произнёс старейшина. Он встретил мой взгляд и отвёл глаза. — Отведите её, куда положено.
— Из-за тебя погибли мой муж, мой Ремзай, — монотонно завыла Рила. — Но есть правда на свете! Ты будешь умирать долго, мучительно,
Я оглядела лица тех, кто столько раз просил у меня помощи — наполнить водой высыхающий колодец, привести живительную влагу в огород, вызвать дождь в невыносимо жаркие дни… Они всегда получали от меня то, чего хотели. А теперь они хотят моей смерти.
— Пошла! — кто-то грубо подтолкнул меня вперёд, и я чуть не упала.
Старейшина отвернулся. Никто даже не попытался поддержать меня. Я и не знала, как тяжело удержаться на ногах, когда у тебя связаны за спиной руки. Я с трудом распрямилась. В воздухе запахло чем-то новым, похожим на смесь корицы и перца. Теперь я знала, как пахнет моя ненависть.
— Да обходит вода ваше селение! — отчётливо проговорила я. — Родники уйдут глубже, дожди пойдут стороной, колодцы высохнут.
— Заткните её! — завизжала Рила.
— Раньше подохнешь, тварь! — прошипела Лиада.
Она подскочила ко мне и замахнулась. Я вложила в свой взгляд всю переполнявшую меня ненависть. В следующий миг старуха грузно повалилась на дорожку лицом вниз. Её юбка задралась, открывая всему селению вид толстых белых ляжек. Тело Лиады несколько раз дёрнулось и скорчилось без движения.
— Уби-ила! — заголосили сразу несколько баб. — Лю-у-уди, она так всех изничто-ожит!
— Ведьма! — подхватили мужчины.
Последним, что я ощутила, была резкая боль в затылке. Потом меня коротким броском накрыла темнота. Там было тихо, уютно, я осталась одна и не чувствовала своего тела. Там не было людей, не было опасностей, зато был покой. Я улыбалась густой тьме как лучшей подруге. Даже не думала, что могу дружить ещё с чем-то, кроме воды.
