От одного его темного взгляда и заострившихся черт лица слова замерли в глотке, и, даже не успев удивиться, Джулиан уже рванул за Эдди. Младший Валгири обнаружился в центре визжащей толпы вместе с еще пятерыми, затеяв грандиозную драку. Кто в результате начал первым пальбу, он не понял, но уже через секунду молодой американец оказался рядом с бледной Эрикой за барной стойкой. Тонкая зеркальная перегородка разлетелась вдребезги, и над их головами пролетели двое других. Усидеть после этого на месте оба они не смогли. В результате, пока их мужчины показывали мастер класс по превращению двухметровых амбалов в сочный лангет, сами они начали отбиваться бутылками, попадающимися под руку. Драка перешла на новый уровень, когда раздались крики с улицы и звук полицейских сирен.
- Валим девочки, валим, – вытащив их из-за стойки, произнес взъерошенный Уолтер и, сплюнув кровь, энергично двинул к запасному выходу.
Их преследователи не отставали ни на минуту. В коридоре завязалась новая драка. Эдвард только и успел прикрыть их собой, когда на Уолтера кинулся перекидывающийся на ходу оборотень. Его клыки клацнули совсем рядом с шеей старшего. Тот резко ушел от удара и, одной рукой переломав шею неудавшемуся убийце, отшвырнул ногой третьего. Еще одним он открыл дверь и вытолкнул Эрику и Джулиана как раз вовремя, уведя из-под автоматной очереди.
- Кто это, черт побери?! – частично перекинувшись, оскалился злой Эдвард и свернул шею еще одному.
На этот раз это был уже не оборотень, а человек. Брат был не меньше взбешен и кромсал урода, посмевшего стрелять в них. Через несколько минут весь коридор красовался дырами в стенах и следами пуль. Крики и скулеж становились только громче. Хруст костей и вывернутых суставов. Братья настолько были заняты дракой, что чуть не вмазали своей магией, когда с улицы раздалось сперва рычание, потом визг тормозов и вскрик Джулиана. Апогеем стал мат Алана. После этого парни пулей выскочили на улицу...
Сделал гадость – сердцу в радость. Простая истина, которая безотказно работала всегда. Именно поэтому сейчас весь офис, затаив дыхание, шифровался под мебель и прятался от разошедшегося главного дизайнера «Амариллис» и, по совместительству, сына главного. Салливан вот уже второй час заперся с главным бухгалтером и (без смазки) морально имел его. Мужчина краснел, бледнел и поминутно вытирал испарину со лба. Вскоре оказалось, что ему мало одного бухгалтера, и после того? как мужчина буквально дохлым выполз из конференц-зала, на ковер был вызван начальник кадрового отдела. И это было только началом. К концу дня в Эдинбургском филиале Амариллиса не осталось ни одного работника, не разнообразившего свою сексуальную жизнь (причем все явно были снизу).
Сам же Алан в очередной раз убедился в том, что часть человечества все-таки стоит закатать в асфальт. Весь день он был занят разгребанием документации и длинным разговором с отцом. Закончить он смог только под вечер. Покинув офис одним из последних, Алан решил провести ночь в одном из отелей и только утром отправиться в Блодхарт.
Серебристый Ауди скользил по ночным улицам и блестел под светом фонарей. Блики неоновых вывесок, многочисленные голоса людей, смех, громкая музыка или шум потасовок. Живя в Блодхарте, он уже успел отвыкнуть от шума больших городов. Даже тихий Волчий Двор успел стать настолько родным, что он уже скучал. Непозволительная привязанность... Слишком сильно он прикипел к ним. Совершенно позабыв, что, по сути, является чужаком, которому рано или поздно придется уйти. От этого настроение портилось еще больше.
Раздраженно потерев глаза и повернув на перекрестке, он оказался рядом с ночным клубом «Грех». Остановившись под светофором, он уже раздумывал над тем, чтобы вместо гостиницы зайти в клуб. Стакан крепкого шотландского виски, бешеная музыка и жгучая брюнетка очень соблазнительно пронеслись перед внутренним взором на той же скорости, что и неожиданно раздавшиеся из клуба выстрелы, после которых на улицу хлынул орущий народ.
- Какого... – округлив глаза, прошептал Алан, когда заметил парня и девушку, вылетевших из подворотни клуба.
Парочка подозрительно напоминала резво бегущую на двенадцатисантиметровых каблуках Эрику и бледного Джулиана, который еле успевал за ней. Мужик же, от которого они, судя по всему, и удирали, сверкнул под светом фонаря длинными когтями и шел на нечеловеческой скорости.
- Твою мать! – зашипел Алан и, моментально нажав на газ, рванул наперерез.
Чуть не впечатавшись в черный Хаммер, блондин успел вовремя и, не сбрасывая скорость, сбил оборотня. Резко тормознув перед шокированной парочкой и услышав автоматную очередь, после которой вылетели взъерошенные Эдди и Уоли. Все четверо уставились на него так, словно он только что голышом станцевал канкан на Бродвее.
- Что встали, как памятник Элтону Джону?! – рявкнул Салливан и открыл пассажирскую дверь, – быстро сели!
