- Будем, – кивнул Кай и положил руку на плечо Николаса, – а еще позвоним родителям Алана и перевезем их в Волчий Двор. Нельзя оставлять рычаги давления на нас. И потом, я очень хочу побеседовать с Робертом Салливаном о тайнах его семьи...
*
У Алана во сне хмурятся брови, и губы недовольно поджаты. На щеках здоровый румянец, а пальцы расслаблены. Его волосы разметались по подушке, и больше всего на свете Кай сейчас хочет коснуться их. Он хочет разгладить морщинку между бровей и поцеловать жесткую линию губ. Он хочет увести отсюда своего лио и спрятать в своем замке, где будет безопасно и тихо.
Но Блодхарт лежит в разрухе, в кои-то веке не из-за него. А Алан сейчас под наблюдением Николаса. И ему остается только сидеть здесь, рядом с постелью, и снова ждать. Походу, у них это вошло в злую привычку. Но Кайрен согласен ждать. Если в конце эти пальцы снова дотронутся до него, если снова погладят по щеке с той же нежностью, что и совсем недавно. Он подождет, ведь, в конце концов, он же смог дождаться этого мужчину.
Пока же стая в безопасности. Семья временно переехала в их особняк. Николас уже вовсю обзванивает своих знакомых и вместе с Маркусом, Дианой и мальчиками активно готовится, по ощущениям, к целому концу света. А им обоим дан этот краткий миг покоя.
Телефон звонит неожиданно и заставляет раздраженно нажать на кнопку принятия вызова и выйти из палаты. На другом конце Гор. Кайрен подбирается, словно перед смертельным броском, и хрипло спрашивает.
- Что?
- Мы нашли их, – он спокоен и готов к новому приказу.
- Ты знаешь, что делать.
- Да, милорд.
Альфа отключается и медленно бредет по коридору назад, к уже знакомой палате. Но когда он открывает дверь, пол снова уходит из-под ног. Постель пуста, а ветер сквозь открытое окно колышет прозрачные шторы. Через секунду всю клинику и Волчий Двор оглушает взбешенный рев черного альфы...
Комментарий к Не покидай меня... Стрюн* – коммуна в губернии Согн-ог-Фьюране в Норвегии. Административный центр коммуны — город Стрюн.
====== La famille ======
Отвергнутый обществом
Пристрастился к трезвости.
Плод, рождённый от девы,
Ещё один Бог на Земле.
Да, такое у тебя воображение.
Ты говоришь, можешь прочесть мои мысли.
Остерегайся того, что можешь узнать
Ты, видимо, считаешь, что можешь стать таким, как я,
И видеть моими глазами
Но недруг ты мне
Ты веришь каждому моему слову?
Сочини свою правду и не стой у меня на пути.
Я тобой отвергнут, по твоей прихоти.
Я не Мессия, всего лишь отверженный.
Ангел или Антихрист.
Изобретённый тобой символ,
Жалкий, как твоё уныние.
Съешь таблетку и внемли мне.
Ты веришь каждому моему слову?
Соберись духом и отвали от меня подальше
Я тобой отвергнут, по твоей прихоти.
Я не Мессия, всего лишь отверженный...
Black Sabbath – “Pariah”
«Спи... Спи спокойно и смотри... Вспоминай, чувствуй... Только не открывай глаза... Спи... Спи и думай о нас. Мы знаем дорогу, мы покажем ее тебе. Ты только вспомни нас...»
Шепот льется вокруг. Он проникает глубоко в разум и превращается в монотонный гул. Он знает эти голоса, слышал сотни раз. Только у шепота нет лиц. Это неясные силуэты, дрожащие во мгле. Тысячи душ, окружающие его. Они смотрят на него и тянут за собой.
«Не бойся, не сомневайся... Ты только следуй за нами. Мы покажем тебе путь...»
Вокруг одна бесконечная выжженная земля и мгла. Здесь нет ни солнца, ни звезд, и время стоит всегда. У этого мира нет названия или народа. У мертвых нет имен, нет национальностей. У мертвых нет ничего. И он среди них. Он тоже похож на них. Словно потерянный, бродит среди пепельных барханов и пытается найти выход. Но у этого места нет выхода. Это его клетка, из которой не сбежать. О, он ненавидит ее создателей и, когда вырвется из нее, то уничтожит их самое совершенное творение. Он доберется до их бесценных людишек и утопит их мир в крови!
«Спи, спи, спи, спи... Смотри и вспоминай...»
Он стоит на самом краю Бездны и смотрит на существо в темном капюшоне. Кожей чувствует блеск холодных голубых глаз и острую усмешку. Он знает кто это, но не может вспомнить имени. Пытается найти в закоулках своего разума, но не может. Что-то внутри кричит, что ему нужно, во что бы то ни стало вспомнить. Оно маячит на самом краю сознания, но не хочет формироваться в одно слово. Он знает лишь одно – это беспросветная тьма. Порождение страшнее чудовищ, запертых на самом дне Бездны. А он знает, какие монстры там обитают.
«Я покажу тебе... Расскажу все, и ты вспомнишь... Мы, наконец, будем свободны и получим то, чего желали так долго. Ты только спи...»
- Кто ты? – срывается с губ крик.
- Я? – усмехается тьма.
Рука в железной перчатке с когтями тянется к капюшону. Ткань легко соскальзывает, открывая серебристо-белые длинные волосы и лицо... Это его лицо! Алан смотрит на насмешливый кривой оскал на собственных губах. Это его собственное лицо. Те же черты, те же скулы и те же морщинки у прищуренных глаз. Он смотрит в собственные глаза, лишенные зрачков и светящиеся почти прозрачной голубизной.
- Я не понимаю...
- Сложно, да? – голос тоже принадлежит ему.
