На совещании в штабе группы армий «Центр» Гитлер подчеркивал, что город Москва должен быть окружен так, чтобы «…ни один русский солдат, ни один житель – будь то мужчина, женщина или ребенок – не мог его покинуть. Всякую попытку выхода подавлять силой».
Во исполнение директивы № 35 командующий группой армий «Центр» фельдмаршал Бок 16 сентября подписал приказ № 1300/41 о подготовке наступления на русскую столицу. В подмосковных землях тайфун накапливал ураганную мощь.
К октябрю на московском направлении против войск Красной Армии было сосредоточено 1800 тысяч солдат, свыше 14 тысяч орудий и минометов, 1700 танков, 1390 самолетов.
Генеральный штаб Красной Армии смог противопоставить значительно меньшие оборонительные силы: около 1250 тысяч бойцов, 990 танков, 677 самолетов, 7600 орудий и минометов.
2 октября в обращении к войскам Гитлер писал: «За три с половиной месяца созданы наконец предпосылки для того, чтобы посредством мощного удара сокрушить сопротивление противника еще до наступления зимы. Вся подготовка, насколько это было в человеческих силах, закончена…».
Этим же числом, на 103-й день войны генерал Гальдер отметит в своем дневнике: «Сегодня в 5.30 войска, используя ясную осеннюю погоду, начали крупную операцию «Тайфун»…
Автор не ставит перед собой задачу рассказывать о подробностях сражения под Москвой. Уже написано множество книг о тех драматических, порой на грани трагедии, днях и неделях. Мемуары маршалов и генералов, хронологические исследования историков, – в них тщательный анализ событий осени 1941 года с дислокацией фронтов и армий, дивизий, с фамилиями командующих. С именами героев солдат и офицеров, противопоставивших танкам генералов Гёпнера и Гота поллитровые бутылки с зажигательной смесью. Можно поднять из архивов военные карты со стрелами смертьнесущих ударов с обеих сторон. Графически все так наглядно, и сейчас – вовсе не страшно.
Может быть, да, наверное, современные историки, пользуясь приоткрывшимися шире дверями архивов, дополнят известное нам ныне более правдивыми фактами войны?
Читать даже и трагические страницы истории – всегда не страшно. Не потому ли тоже самые ужасные события ее в прошлом имеют печальное обыкновение повторяться в деяниях последующих поколений, только что с поправкой на усовершенствование орудий убийства.
Нетерпеливый читатель уже задался, поди, вопросом: «А где же про запасную столицу? Почему запасная? Где она? Когда учреждена и зачем?»
Еще немного терпения. Прочитанные первые страницы – это как необходимое предисловие. Не обойтись без него. Исторические факты требуют хотя бы пунктирно обозначенных координат. Останься план «Барбаросса» лежать в нераскрытом сейфе, не проявись немецкая тщательность в разработке и настойчивом выполнении операции «Тайфун», не возник бы и тяжелейший в решении вопрос о запасной столице России. Ведь уже сказано было, и с расчетом на незыблемость вечности:: «…а четвертому Риму не бывать».
2 октября, в «…ясную осеннюю погоду…», благоприятствовавшую стремительному броску немецких танковых клиньев к Москве, в Государственном Комитете Обороны еще не готовился черновик постановления об эвакуации правительственных учреждений из столицы в глубину России. Еще оставалось несколько дней надежды на Можайскую линию обороны, спешащие с Дальнего Востока полнокровные дивизии, срочно формировавшиеся истребительные батальоны московских ополченцев. События развивались истинно с ураганной силой, как бы подтверждая удачно выбранный код – «Тайфун».
6 октября генерал Гальдер запишет в своем дневнике: «…Войска противника, по некоторым признакам, деморализованы… В целом можно сказать, что операция, которую ведет группа армий «Центр», приближается к своему апогею…».
Что касается деморализации, тут генерал опрометчиво ошибался. Подтверждением такого заблуждения служит факт малоизвестный, приведенный американским историком У.Ширером в книге «Взлет и падение Третьего рейха».
«Гудериан рассказывал о старом отставном царском генерале, которого он встретил по дороге на Москву, в Орле.
– Если бы вы пришли двадцать лет тому назад, – говорил генерал, – мы бы вас встретили с распростертыми объятьями. Но теперь слишком поздно. Мы только что начали вставать на ноги, и тут появляетесь вы и отбрасываете нас та двадцать лет назад, так что нам придется начинать все сначала. Теперь мы сражаемся за Россию, а в этом деле мы все едины».
Здесь будет очень важным подчеркнуть услышанное от царского генерала: «нам придется начинать все сначалатеперь мы сражаемся за Россию…» Нам, мы…
8 октября Государственный Комитет Обороны принимает единственное в истории России решение о заминировании важнейших объектов столицы. Продолжается срочная эвакуация важнейших заводов на Восток. На магистралях устанавливаются противотанковые «ежи». Строятся баррикады из мешков с песком. Уверенность в том, что Москву удастся отстоять, – тает. Вот-вот будет объявлено осадное положение.
