Я замолчала.
– И она тебя повела в лабораторию? – предположил Димон.
– Верно, – согласилась я, – завела внутрь, усадила в кресло, сказала: «Минут через пять можно приступать. Томограф пока занят…» Больше я ничего не помню, очнулась в палате, услышала про кому, а про то, что мне предложили пройти исследование на томографе, начисто забыла. Вспомнила об этом недавно.
Димон поднял пульт, на экране появилось изображение Карины и затылка Ивана Никифоровича.
– Да, да! – всхлипывала девушка. – Елизавета все мне объяснила! Я дочь врача Кротова. Меня Эмилия украла! Почему она так поступила? Меня на самом деле зовут Леночка! Я жила с мамой, отцом, бабушкой и сестрой! Боже! Елизавета моя родная… моя… а я ее терпеть не могла… Ну по какой причине Эмилия Францевна… ну…
Карина заплакала.
– Мы пока не беседовали с госпожой Вяземской, – заговорил Иван, – точного ответа на ваш вопрос я не знаю. Могу лишь сделать предположение…
– Знаю, – зашмыгала носом Карина, – Лиза объяснила, что у Вяземский погиб ребенок, мальчик. Мой папа, врач, не успел подойти к малышу, а тот скончался. Эмилия решила отомстить Кротову и украла его дочь. Меня! Я чувствовала, что мать не любит меня. Вяземская только Маслова обожает! А нас с Фаиной ругала, говорила:
– Ради вашей пользы вам замечания делаю, не хочу дур вырастить.
Фае она разрешила в мединститут пойти, а мне нет. О! Файку Вяземская тоже украла?
Иван Никифорович кашлянул:
– Карина, Елизавета опрометчиво сообщила вам о родстве. Ваш анализ ДНК она не делала.
– Нет, – уперлась девушка, – Лизавета сказала, что ее приятель провел исследование.
– Кто? – быстро спросил Иван.
– Не знаю, имени она не назвала, – растерялась медсестра. – Файку тоже Вяземская украла?
Мой муж побарабанил пальцами по столу.
– Версия Вяземской такова. Эмилия Францевна шла вечером мимо нежилого дома, услышала из подвального окна писк. Женщина очень любит кошек, она подумала, что в помещении голодные котята, вошла туда и обнаружила двух маленьких девочек. Одной по виду было лет пять-шесть, другой – три-четыре. Та, что выглядела старше, была одета, как цыганка: цветастые юбки, соответствующая кофта. Вторая малышка была почище, в аккуратной одежде. Вяземская схватила несчастных, привела к себе домой, вымыла, накормила, спать уложила. На следующий день отвезла крошек в дорогой медцентр на обследование, купила им одежду. Лишь через пару суток Эмилия обратилась в милицию и позвонила Георгию Михайловичу Брулеву, молодому следователю, с которым познакомилась, когда из прихожей ее квартиры украли меховые шапки, а Брулев быстро нашел воришек.
– Георгий Михайлович? – опешила Карина. – Наш начальник охраны?
– Именно так, – подтвердил Иван. – Следователь предположил, что старшая девочка брошена цыганским табором. Она выглядела очень испуганной, молчала, не отвечала ни на какие вопросы. Возможно, ее украли, хотя у темноволосой, темноглазой, смуглой малышки была типичная внешность цыганки. Вероятно, ее заставляли просить милостыню, а когда она заболела воспалением легких и заполучила в придачу конъюнктивит, ее просто выкинули. По поводу второго ребенка даже догадок не было. Ни имен, ни фамилий, ни своих адресов дети не назвали, особых примет не имели. Таких, как они, никто из взрослых не искал. Девочкам предстояло отправиться в приют. Вяземская их удочерила, назвала Фаиной и Кариной. Давайте мы сделаем анализ ДНК?
– Хорошо, – всхлипнула Карина, – но я точно знаю, что украли меня.
– Сейчас придет наша сотрудница и возьмет у вас мазок изо рта, – пояснил Иван Никифорович. – Ну да вы медик, нет нужды объяснять вам процедуру. Можете рассказать, каким образом Сергеева оказалась в лаборатории?
Карина сделала глубокий вдох и быстро заговорила:
– Маслов искал крупную пациентку, хотел на ней новые лекарства испробовать. Он имел доступ к общей базе медцентра, рылся в ней и злился. Невезуха, никого найти не мог! И вдруг! Удача! Сергеева! Вот уж он ликовал! Возраст, вес, рост, образование – все прямо как он хотел. Тютелька в тютельку совпало. И проблем со здоровьем нет, Татьяне уже часть исследований провели, результаты, как у космонавта.
– Сергеева была найдена среди пациентов медцентра, она просто подошла по параметрам? – уточнил Иван.
– Да, – подтвердила Карина, – именно так. Далее покатило по стандартной схеме. Фаина принесла сильное лекарство, если его принять орально, действовать оно начинает минут через десять-пятнадцать. В зависимости от веса и морального состояния пациентки. Сергеева заснула. Потом несколько дней ее держали на медикаментах, и она очнулась почти невменяемой. Лизу уже на тот момент из лаборатории вытурили, она в клинике оказалась. Не понимаю, почему ее вообще не выставили вон.
