– Да, в их собственной студии, – машинально! ответила я.
– А когда это было?
– В тот вечер… – Я слегка запнулась, я вспомнила, что уж этого-то никто не просил скрывать. Когда погиб Иван.
Юля внимательно на меня взглянула:
– А он тоже был в той студии, верно?
– Иван? Да. Тебе Ксения рассказала?
Она встала и, слегка приподняв крышку люка, прислушалась к тому, что творилось внизу. Оттуда доносились громкие голоса. Говорили все сразу, и понять ничего было нельзя. Девушка плотно закрыла крышку и повернулась ко мне:
– Ксения тут ни при чем. Скажи… Ты ведь не ее близкая подруга, нет?
Я покачала головой. Вопрос был странный, но взгляд, которым он сопровождался, еще непонятнее.
Мне показалось, что Юля чего-то боится.
– Дашь слово, что ничего ей не скажешь? – почти шепотом спросила она.
– Хорошо, – в тон ей ответила я. – А что такое?
– Эта версия с проституткой на шоссе – полная фигня! – Юля подошла ко мне, и ее дыхание, пахнущее мятной жвачкой, обдало мне лицо. – Никакой проститутки он не снимал, потому что я ждала его здесь! Понимаешь? Ксении – ни слова! Мне, в общем, все равно, но будет неприятно, если она перестанет со мной здороваться!
Я кивнула, не сводя с нее глаз. Юля высказалась, но было видно, что это смелое признание не облегчило ей душу. Ее мучило что-то еще.
– Мы уже несколько дней назад договорились, что встретимся тут, – сказала она наконец. – Иван хотел позвонить Ксении прямо отсюда и сказать, что заночует у друга. Когда он звонит и предупреждает, она уже не волнуется. Я ждала его тут с половины одиннадцатого. Он так и не приехал, зато позвонил. Ровно в одиннадцать. Я давно уже была здесь и, конечно, разозлилась, что он так опаздывает. А Иван мне сказал, что задержится в студии. Я спросила, какая может быть студия в такое время? А он ответил, что не собирался задерживаться так надолго и даже уехал… А потом вернулся, потому что обдумал одно предложение.
– Предложение? – перебила я. – Чье именно? Ему сделали какое-то предложение в этой студии?
– Да, я так поняла, – кивнула Юля. – Он звонил мне прямо оттуда. Сказал, что приедет в полночь, не раньше. И что если я не хочу ждать, то могу поступать как мне угодно.
Она отвернулась и подошла к окну.
– У меня своя машина, – глухо продолжала она. – Конечно, я могла бы плюнуть на все это и вернуться домой. Но мне лень было садиться за руль. На улице был такой ветер, а дом уже прогрелся. Я сидела на кухне до часу ночи и ждала его. Он не приехал и больше не звонил. Я разозлилась и отправилась домой. Весь следующий день проспала, как убитая. А вечером мне позвонили… Уж не помню кто, Артур, кажется. И сказали, что он погиб на шоссе. – Она криво прикусила нижнюю губу и замолчала. Потом дернула плечом:
– Так что какая уж там проститутка на шоссе!
. – Почему же ты никому ничего не сказала? – не выдержала я.
– А зачем? – с вызовом спросила она. – Я же понимаю, что случилось на самом деле. Его убил кто-то другой. Может, попутчик. Он мог взять кого-то, чтобы подзаработать. Но попробуй найди этого попутчика! А девка просто оказалась в нужное время, в нужном месте. Милиция как раз отлавливала их в ту ночь на шоссе. Кто бы его ни убил – Ивана уже не воскресить. А если бы я сказала правду…
Юля с треском распечатала пачку жевательной резинки и, сунув пластинку в рот, небрежно закончила:
– Ивана я уже и так потеряла, а если бы рассказала все, как есть, потеряла бы всех остальных друзей. И пользы от этого – никому. Так что лучше уж молчать.
Снизу донесся громкий голос, повторяющий наши имена. Юля резко повернулась ко мне и под – несла палец к губам:
– Никому, поняла?
– Никому… – машинально повторила я.
В дверцу люка постучали, раздался окрик Артура:
– Вы что там делаете, девицы? Уже все готово, спускайтесь.
Юля открыла крышку, и я увидела руку, ухватившую ее за колено, обтянутое тонким чулком:
– Попалась, Голдэн Леди!
– Пошел ты! – Она тряхнула ногой, пытаясь избавиться от его хватки, но ее буквально утащили вниз.
Я спустилась сама. Как я не свалилась на этой крутой лестнице – до сих пор не понимаю. Ступенек я, во всяком случае, под ногами не ощущала.
Я впервые присутствовала на таких своеобразных поминках, как те, что справлялись в этом бревенчатом доме, на краю поселка. Собственно, это были не настоящие поминки, ведь Ивана еще не похоронили… Но общий настрой застолья был именно таков.
