– Дочурик, – она взяла за плечи девочку и пристально посмотрела ей в глаза, – слушай, как поет моя душа, мой личный код, он у каждого индивидуальный, ни с кем не спутаешь, слышишь?
– Кажется…да, слышу. Так вот что это была за мелодия, там, в Корее, я всегда ее слышала, это был папин код, что же ты мне раньше не сказала? Я бы уже давно нашла папу…
– Вот поэтому и не сказала, мы вместе найдем его. Я сейчас не об этом. При любом, малейшем подозрении, даже если я буду перед тобой во плоти, проверяй код, хорошо?
– Хорошо, а конкретнее можешь сказать?
– В нижнем мире есть рагуль-чилимки, перевертыши называются, они могут принимать любое обличие, вот одна такая особь ко мне и явилась сегодня. Это ее смех ты слышала.
– Ух, ты, как интересно!
– Чан Ми! – голос Оленьки стал жестким и одновременно умоляющим, – это не шутки, это очень опасно для жизни, пообещай мне, сто раз проверить, прежде чем один раз отрезать, особенно, если я тебя буду звать, видимая или невидимая, хорошо? Обещаешь?
– Что значит «видимая» или «невидимая»?!?
В дверях стояла Наташа. Два чемодана вдруг стали тяжелеть и медленно опускаться на пол.
Глава 9.
«Игра в прятки». Москва. Приусадебный участок Оленьки. Январь 2014 год.
Алеша стоял с закрытыми глазами и вытянутой вперед правой рукой, пытаясь на ощупь, не сходя с места обнаружить Чаньку.
Единственная подруга, которая не насмехалась над ним, и принимала его таким, какой он есть, была Чан Ми. С тех пор, как он начал осознавать себя, она всегда была рядом, и, похоже, любила его, так же как и мама, но не навязчивой любовью и заботой, а как равного партнера по всяческим забавам, которые роились у нее в мозгах в бесчисленном количестве. Она была старше его на семь лет, и, сколько он себя помнил, вела с ним взрослые беседы. Они вместе разбиралась в его фантазиях, она не делала испуганные глаза, как мама, и не отмахивалась, как бабушка, и не хохотала, над ним, как папа.
Однажды он сообщил ей, под страшным секретом, что его родители и не его вовсе. Они нашли его в лесу в инопланетном корабле, а настоящие его родители погибли в космической катастрофе. Никто не знает об этом, и только бабка догадывается и поэтому его недолюбает. Чан Ми, как всегда серьезно выслушала его, достала влажные салфетки, ими, всегда у нее были забиты карманы, почистила ему нос, это было задолго до того, как Алевтина Марковна вылечила его от гайморита, и тоже, по секрету, рассказала странную историю.
Оказывается, что планета Земля, не родная для человека. Когда-то давным давно, наши прародители прилетели на Землю, из-за того, что их родная планета Сириус, стала непригодной для жизни. Они были огромного роста, общались посредством телепатии и между собой, и с деревьями, и с цветами, и с животными. Земное притяжение слишком давило на них, и постепенно от поколения к поколению, их рост уменьшался, пока не стал таким, как сейчас, у обычного человека. Много времени прошло с тех пор, умения наших предков забылись, но иногда некоторые люди, глядя на звезды, вдруг ощущают неземную тоску, их тянет куда-то далеко-далеко, словно в давно забытый, родной дом.
Алеша немного разочаровался. Ему казалось, что он один такой уникальный, но он поверил своей подруге. Это многое объясняло, как и то, например, что ему казалось, что он понимает, о чем щебечут птицы. И, когда рыба, вытащенная из воды, открывала и закрывала свой рот, он понимал, что ей нечем дышать, и она жалуется, и просит о помощи.
Сегодня, взрослые выставили их в сад, погулять после обеда, а ему очень хотелось остаться. Гости, что приехали к тете Оле, были такие интересные, особенно дедушка Григорий. Этот старичок, как магнитом тянул к себе Алешу, и не из-за того, что вытаскивал из своих карманов подарки для него – говорящий робот, летающий вертолет с пультом управления. Он не смотрел, чем дедушка одаривал Чаньку но, похоже, и она была довольна. У него появилось ощущение, что это его родной дедушка, и ему хотелось забраться к нему на колени, хотя ростом он был гораздо ниже Алеши. А еще дедушка тоже постоянно шмыгал носом, наверное, в детстве не лечил насморк, и теперь эта беда у него, навсегда. И еще, ему казалось, что он обязательно знает множество интересных сказок.
Территория сада была огромной, по тому, что «Олюшка, прикупила рядом стоящие дома с земельными участками», так говорила бабушка Алевтина, поджимая губы. И где-то там, между молоденькими яблонями, щедро усыпанными снегом, спряталась Чаня. Она предложила игру в прятки, но не совсем обычные. Сначала она сама закрыла глаза и скомандовала ему спрятаться. Буквально через минуту, не открывая глаз, указала пальцем направление, крикнула:
– За теплицей! Причем, сидишь на снегу! Вставай, заболеешь еще!
Алеша предположил, что она подглядывала.
– Зачем затевать такие игры, если подглядывать? Это неинтересно.
–А как ты меня нашла тогда?
– Элементарно, Ватсон, – улыбнулась Чан Ми, – как ты понимаешь птичек?
– Ну, сначала это просто щебетанье, а потом я вслушиваюсь, вслушиваюсь, и начинаю понимать.
