– Заткнись, скотина, придушу! – рявкнул Гриня. Он стоял поодаль ото всех, заглядывая себе за пазуху.
– Гринька, ты что, взбесился, или как? Понимаю, у всех нервы на пределе, но не до такой же степени! – оскорбилась Красава.
Дана, Оленька и Ариадна, недоуменно глянули на домового, но лишь на мгновение, так как у них были свои ушибы и ссадины, и они продолжили заниматься собой.
– А, что это было, вообще? – обращаясь ко всем спросила Дана.
– Враги обсели со всех сторон, не видишь, что ли? Стихию наслали, рогульё, будьте вы прокляты! – потрясая кулаками, закричала Красава.
– Тебя никто не приглашал, дурында стояросовая, – опять подал голос Гриня.
– Ты, что умом тронулся? – поднимая за шкирку домового, спросил Всевладий, – ты что, с брюхом своим разговариваешь?
– Ага, кабы с брюхом! Да опусти ты меня! Вымахал с версту коломенскую, так что, можно издеваться над маленьким, да? Вот, – полюбуйтесь, скотина безрогая, это она все устроила!
Гриня, все еще болтая в воздухе своими короткими ножками, приоткрыл полу своего тулупчика, оттуда выглянула крысиная мордочка.
– Валюта? Ее-то ты зачем с собой взял? Совсем сбрендил на старости лет? – сдвинул брови Всевладий, осторожно опуская деда с крысой на пол.
Крыса обнажила свои желтые зубы в широкой улыбке и что-то запищала на своем языке. Она все еще опасалась выйти из своего убежища.
– Что она говорит? Так, это ты ее пригласил, придурок? – завопила Красава.
– Ничего подобного, просто рассказал, что отправляемся выручать Лиёна, – стал оправдываться старикашка.
– Подождите, перевод не дословный, она говорит, пригласил «нас», дедуля, у тебя еще кто-то за пазухой? Покажи. Подала голос Дана.
– Клянусь своей бородой, никого нет! – он распахнул полы своего тулупа, крыса плюхнулась на пол, в три прыжка оказалась на середине комнаты, подняла носик кверху и запищала.
Из плафона под потолком послышалось – «Кааар!», посыпалась пыль, царапание ноготков о стекло, сначала показался черный клюв, а затем блестящий глазик ворона.
– Кроха! – округлила глаза Оленька.
– Ёлкин хвооост! – заорал Всевладий. – Гринька, это тебя придушить надобно, что ты тут устроил?!?
– Етить-колотить, не я это, говорю же, скотина эта безрогая, ее души, я тут не при делах!
Перепуганная крыса, заметалась по комнате и, нырнув под чугунную ванну, продолжала оттуда верещать.
– Почему она так громко визжит, я ничего не понимаю! Раздражает! – повысила голос Дана, заткнув уши.
– Валюта, выходи, тебя никто не собирается обижать. Выходи, и на мировом языке, толком объясни, в чем тебя обвиняет домовой.
Крыса вышла на середину комнаты, села на задние лапки и заговорила.
– Мы тоже хотим спасать оппу…
– Чью попу? – перебил ее Всевладий.
– Лиёна, – растерялась Валюта, и умоляюще посмотрела на домового.
– Не «попа», а «оппа», так на корейском языке обращаются к старшему брату, ну, или к любимому мужчине, – так, Лёка? – дословный перевод?
Оленька кивнула, она опять держала на руках свою доченьку.
– Они подружились, еще тогда, когда Лиён спасал тебя от дяди Траяна, помнишь зачарованный лес? Вот, там они и встретились. А потом, мы кормили ее в сарае.
Оленька через силу улыбнулась, вспоминая, как беспокоился Лиён, вспомнив, среди ночи, что аджумму покормить обещал.
– Аааа, что-то припоминаю, так ты, все зеркало никак забыть не можешь?
– Почему зеркало, – обиделась крыса, – человек хороший, да, Кроха? Выползай давай, почему я одна должна оправдываться? Мы вместе так решили.
Ворон выкарабкался из плафона, спрыгнул, облетел комнату и уселся на плечо к Оленьке.
– Кааааррр!
– На мировом, я сказал, – прикрикнул на него Всевладий, – и быстрее, у нас времени мало!
Ворон прочистил горло, и приятным баритоном произнес:
– Мировой мужик, всегда приятно побеседовать с умным человеком. Юмор у него своеобразный, конечно, но я уже понимаю его шутки. Никогда не скажет лишнего, все четко, по сути, по существу.
– Короче! – опять прикрикнул Всевладий.
– А если коррротко, то я с вами!
– Я спрашиваю, каким образом вы оказались здесь?
– А, это не ко мне вопрос, это Валюта.
Крыса, во время монолога ворона, гонялась за жемчужинами, которые опять сыпались из глаз русалки.
Дана, всхлипывая, кивала головой, полностью соглашаясь со словами птицы, что расхваливал Лиёна.
Ариадна переглядывалась с Оленькой, они обе поглядывали на часы, их беспокойство перерастало в нетерпение.
А терпению Красавы пришел конец и, топнув ножкой, она закричала:
– Все, я их сейчас выкину в окно! Чего с ними разговаривать, чем они нам смогут помочь в иных мирах? Вон, обоих к едрене фене! И Гриньку, заодно!
– Чуть что, сразу Гринька! Это же, она, скотыняка, ураган на нас наслала, еще мгновение, и я бы Богу душу отдал, если бы не Лёка! Улетели бы в тар-тарары!
Все вопросительно воззрились на Валюту.
– Да, так и есть, а почему сразу не взял нас собой? – решила поскандалить крыса, – сам же мне «пульку» показывал, вот мы пулей и вылетели на Москву. В полом ядре. Железном.
Она помолчала. Гриня тоже исчерпал все свои аргументы. Атмосфера в помещении перестала быть угрожающей и Валюта продолжила.
