– Зачем он повторяет последние слова Чан Ми? – он еще раз бросил пронизывающий взгляд на девочку, на мгновение ему показалось, что она открылась, но тут Траян выбросил руку вперед и гаркнул:
– В кольцо, их быстро!
Словно ведро орехов вывернули на ступеньки, так скакали придворные, выполняя приказ, впрочем, старательно огибая Дракона, его неподвижная туша, даже хвостом не била, только голова переместилась между Чан Ми и Траяном, и так же спокойно и преданно взирала на обоих.
Круг замкнулся. Всевладий осмотрелся, на него были направлены разные виды огнестрельного оружия, принадлежащие к той эпохе, из которой они прибыли. Указательные пальцы, что лежали на спусковых крючках, украшали перстни с изображением девочки верхом на драконе. Даже тот полуживой мужчина, которого оттащили в сторону Валюта и Флипп, сжимал в руках модифицированный револьвер Смитта-Венсона, его маслянистое дуло слегка подрагивало.
– Ничего своего изобрести не могут, ворюги, – с горечью подумал Всевладий, – кого он хочет напугать этими пукалками? Выходит зря я накачал силой Чан Ми, она с ними, да и Лиён тоже, драконья кровь пересилила человеческую – он раздраженно глянул на Домового, тот продолжал приговаривать:
–Миллионные жертвы, миллионные жертвы…
– Заклинило старика от страха… Стоп, этого не может быть, какого страха? – он нервно сглотнул горечь, – ну, Лиён еще можно допустить, но Чан Ми, нет, однозначно нет! – он глянул на троицу, что возвышалась над всеми, и тут же пожалел о том, что так громко думал.
– Измена! – взвизгнула Ада.
– Траян мгновенно среагировал и ткнул концом своей трости в бок Чан Ми.
Она не почувствовала боли и безразлично наблюдала за капелькой крови свисавшей с острия клинка, который лишь разорвал ткань и оцарапал кожу.
Валюта и Айдар, одновременно, не сговариваясь, сделали шаг вперед, но Всевладий останавливая их повелительным жестом, и заговорил:
– Объявляю Сбор! Имеющий уши да не услышит, имеющий глаз да не увидит, имеющий силу не применит ее! Во благо миропорядка, объявляю Семейный Сбор!
– Ну ты и тугодум, Севка, я то сразу смекнул, что к чему. Давай, разруливай таперича, хушь обстановочка не то, что давеча, – бурчал Домовой, постукивая согнутым пальцем по застывшим фигурам придворных. Внешне они не изменились, правда одежда висела на них как на манекенах, а извлекаемый звук был пустой, словно стучали по старым дырявым бочкам.
Всевладий на замечание Грини ничего не ответил. В зале сгущалась ватная тишина, так в ожидание первого раската грома, умолкают все звуки, когда природа нуждается в разрядке. Первым снова не выдержал Траян, с нервическим смешком, он нарушил молчание:
– Фокусы Ашоки вспомнил? Что же ты их только обездвижил? Мог бы и «сушку» применить, что бы наверняка, без копоти и пыли, бац, и это быдло в пыль превратились. Да только сильно помогли они, заклинания твои, царьку нашему, кроткому, да и сынку твоему Радомиру, когда час их последний настал, а? Гуманисты хреновы…Это позапрошлый век, братишка, еще одна твоя неверная мыслишка, одно неверное движение, и наша семейка потеряет еще одну сильнейшую ведунью, она исчезнет навсегда, до полной невоскрешабельности, ты понял? Ты понял, что у меня в руках? Вижу, вижу, что понял, да, это «Лютый»! Ты думал, что хорошо его спрятал? Но только не от меня, братишка. Ну, что же ты застыл, паровоз? Вот он я, один, давай, нападай, ты ведь за этим пришел? – он снова хохотнул, рука его дрогнула, клинок еще на один миллиметрик вошел в тело Чан Ми.
Чан Ми и на это движение никак не отреагировала.
– Успокойся, брат, я не причиню тебе вреда, взываю лишь к разуму вселенскому, остановись! Путь, что избрал ты – разрушение, мы же были присланы на созидание, что бы люди на земле и под землей жили в мире и согласии, мы не можем, не имеем права использовать наши силы во зло, иначе наступит хаос, конец всему сущему. Поигрался во всевладетеля, заманил на Фабулу и будет, будет, братка, ну, отвлек ты меня от дел земных ненадолго, и чего ты добился?
– Ненадолго, говоришь??? – взгляд Траяна ожесточился, – да знаешь ли ты, бахвал, что сейчас на земле вверенной тебе происходит? Там уже хаос! Катаклизмы! От жары южный полюс поплыл! Наводнения! Извержения! Эпидемии! Голод! Терроризм! – он будто бы захлебнулся восторгом от произносимых слов, ему перехватило горло, откашлявшись, он продолжил с тем же накалом, – людишки, подданные твои друг на друга с оружием идут! – он снова злобно расхохотался, – кончилось твое время Всевладеющий, настала моя пора диктовать условия. Прочь с моей дороги, вот мой вердикт – ты до скончания века здесь останешься, на этой планете, тетю Ладу я к тебе переправлю, развлекайся с крысами, братишка, отныне это твой удел. А дочуру мы подправим, будет как шелковая, правда, маленькая? – вопрос адресован был Чан Ми, но взгляда он не сводил со своего брата, – я все сказал! Снимай заклятье и убирайся, иначе, – он двинул плечом и метнул разъяренный взгляд на Чан Ми.
