— Ладно. Попробую, — вздохнул он. — Если бы его интересовала лично ты, зачем тогда советовать Рите выставить твой контракт на аукцион, где нет и не может быть никакой гарантии, что Тесслер сможет его перекупить? Проще было бы договориться с хозяйкой и выкупить тебя лично, тихо и без шума. Маргарита не отказала бы городскому советнику в такой малости. Но нет, он так не поступает, значит…
— Его интерес в чем-то другом, — серьезно кивнула Анна. — И ты не можешь понять, в чем именно, да?
— Да, — потрепав сестренку по волосам, согласился Вячко и добавил: — А то, чего я не понимаю, меня напрягает. Тем более когда дело касается твоей судьбы.
— И твоей, — нахмурившись, уточнила та. Брат невольно улыбнулся.
— И моей то… — Вячеслав замер на полуслове. Несколько секунд он простоял, глядя куда-то в пустоту, а потом начал лихорадочно искать что-то в своем коммуникаторе. Анна притихла, молча наблюдая за работающим братом. Отвлекать его сейчас было неразумно, и девочка это прекрасно понимала. А потому она решила просто подождать, пока тот закончит терзать старый агрегат и сам расскажет, до чего же он додумался.
И дождалась.
— Я идиот, — удрученно признался Вячеслав, глядя поверх головы сестры, и, свернув невидимое ей окно коммуникатора, в раздражении потер ладонями лицо. — Дело не в тебе, Аннушка. И даже не в нас.
Меж двух огней… даже хуже, меж трех! Именно в такой ситуации оказались Стрелковы, и сейчас Вячеслав понимал это совершенно отчетливо. Раньше у него была надежда на помощь со стороны учителя, но ее полностью растоптал найденный в сейфе Паучихи листок предварительного соглашения, заключенного между хозяйкой борделя и герром Баумом. А теперь к этим двоим присоединился еще и советник Тесслер, один из отцов города Пернау. Точнее, не присоединился. Все трое преследуют свои цели, а брат и сестра Стрелковы всего лишь средство их достижения.
Стоило Вячеславу осознать этот момент, как разрозненные факты, в которых он пытался разобраться, с почти слышимым щелчком встали на свои места, образовав стройную и непротиворечивую картинку. Пазл сошелся. Вот только получившийся «пейзаж» не принес ему радости. Скорее уж наоборот.
Хозяйка… здесь все просто. Ею движет жажда наживы, именно поэтому, получив предложение Тесслера, обещавшего ей какие-то преференции, она так легко согласилась аннулировать предварительное соглашение с Баумом и выставить Анну на торги. Тем более что разрыв этот ей ничем не грозил. Предварительное соглашение, оно и есть предварительное. Договор о намерениях, которые в любой момент могут измениться.
С самим герром Баумом все несколько сложнее, но после вылазки во владения хозяйки у Вячеслава было время подумать над действиями старика, и некоторые выводы он для себя сделал. В разговорах с мастером об артефакторах Стрелков не единожды слышал утверждение, что их ассоциация не терпит давления извне. Но учитель ничего не говорил о том, каким образом сама организация и ее участники поддерживают порядок и обеспечивают исполнение установленных для себя правил. И в документах ассоциации, переданных Стрелкову для ознакомления, тоже не было ни слова об этом. Но ведь как-то же «старшие» мастера должны обеспечивать лояльность своих учеников? И в случае Вячеслава таким поводком, по его разумению, должна была стать сестра. Это тем более актуально, что сами артефакторы по уставу должны быть свободными людьми, а не контрактниками-рабами. Герр Баум, несомненно, с легкостью позволил бы ему расплатиться по контракту, но где гарантия, что он отпустит Анну? Зачем ему отказываться от такого средства контроля своего ученика?
И сюда неплохо ложится история с тем самым предварительным соглашением, точнее, с пунктом о нанесении сестренке клейма «батистовых фей». Великолепный поводок для Вячеслава… со строгим ошейником, и никакой контракт не нужен. Стрелков будет работать на старика до самой его смерти, пытаясь скопить денег на снятие клейм, в вечном страхе, что при малейшем косяке с его стороны, сестренка отправится в ближайший бордель! Или как минимум отрабатывать кредит, который мастер предложит для проведения этой процедуры… Что лишь немногим лучше. Нет, конечно, Герхард мог преследовать и иные интересы, заключая подобное соглашение, но… честно говоря, Вячеславу было совершенно безразлично, зачем тому это нужно в действительности. Никакие объяснения причин этой затеи не заставят его не то что простить, но даже попытаться просто понять резоны, подвигнувшие старика на этот шаг, напрочь порвавший ту нить доверия, что протянулась от ученика к учителю. Относиться к Бауму иначе как к врагу Вячеслав уже не может. Точка.
Ну и так неожиданно вынырнувший из ниоткуда городской советник Абрахам Тесслер. Вот кому-кому, а этому господину не должно быть вообще никакого дела до контрактников Стрелковых, но и он почему-то решил поучаствовать в их судьбе. Почему и зачем? Вариантов очень много, но если подумать, то их количество вполне можно сократить. И начать стоит с поисков информации о самом «отце города». А что о нем известно?
