— Ты сомневалась? — приподнял бровь Теодор почти оскорбленно.
— Так ты сам сказал, что не сильно в этом компетентен, — пожала она плечами. — А можно так же горячую воду организовать? Кстати, как ты это сделал?
— С горячей водой надо подумать, — откликнулся парень и ответил: — С помощью Двери.
— Как это? — Кэсси обвела взглядом мойку в поиске хоть какого-то намека на дверь.
Почему-то она представляла Двери кадхаи именно дверями, через которые нужно пройти, открыв, чтобы оказаться в другом месте. Но в районе мойки не было ничего похожего. Да и… если подумать, дверь никак не могла обеспечить поступление воды в краник.
— Дверями это называется для удобства, — пояснил Теодор. — На самом деле это просто соединение двух точек в пространстве. С одной стороны — вход, с другой выход. Я создал входящую точку в колодце, и, когда активирую выход — вода вытекает в указанной точке. Размер точек варьируется в зависимости от задач, стоящих перед Дверью.
— О… я знаю! Можно соединить краник и баню, там есть горячая вода! Периодически.
Она совершенно не представляла, каким образом работают Двери кадхаи, и сочла, что вряд ли Теодор сумеет это объяснить. Но создавать Двери умели только кадхаи благословенной земли Танши, так что даже сумей она понять принцип, воспользоваться этим знанием бы не смогла. А потому не стала пытать парня.
— Осуществимо, — кивнул Теодор и вышел в прихожую.
Кэсси отправилась следом, покосившись на грейку. Та уже отключилась и, если артефакт работал, должна сохранять температуру кипятка.
Лифопитие можно отложить, вода их дождется.
Когда Кэсси вышла в прихожую, кадхаи уже чертил свои загадочные письмена на косяке входной двери.
— А теперь что ты делаешь? — полюбопытствовала она.
— Облегчаю нам быт, — рассеянно ответил он. — Эти Двери будут вести в остальные помещения — мастерскую, баню и…
— Уборную? — предположила Кэсси.
Теодор только кивнул. Девушка едва слышно фыркнула, выражая свое отношение к тому, что все это не было сделано раньше, но вслух комментировать не стала. Ей не хотелось его обижать, ведь, что бы там ни было раньше, теперь он искренне хочет ей помочь. Хотя и не обязан. Ведь ему действительно проще избавиться от запечатленной.
Впрочем, жизнь ей сохранить он решил ради сына. Не то, чтобы ее не устраивала такая причина…
С появлением в лесном домике Теодора уже ставшая почти привычной жизнь Кэсси значительно изменилась. И не только потому, что парень предприимчиво повышал ее комфорт, хотя Кэсси мысленно признавала, что с появлением всех этих артефактов жить здесь стало даже удобнее, чем в родительском доме. Удивляться не стоило, все же Теодор был кадхаи, причем далеко не рядовым, и Кассандра могла только предполагать, к какому уровню жизни он привык. Однако, хотя он создавал совершенно невероятные по своей полезности вещи, было то, чего парень не умел совершенно — это вести быт. Сказывалась жизнь в окружении прислуги. Ни готовить, ни постирать, ни полы помыть — этого Теодор не умел и учиться не собирался. Кэсси злилась, ругалась, но ничего поделать не могла — помощника в быту из Теодора никак не получалось.
— Сейчас ладно, я справляюсь, — ворчала она. — А на поздних сроках? Кто будет чистоту поддерживать?
— Мы не пачкаем столько, сколько ты убираешь! — сердился в ответ парень.
— Я просто поддерживаю чистоту. Грязь способствует распространению болезней!
— Кадхаи не болеют.
— А люди болеют. И наш сын не скажет тебе спасибо, если ты не убережешь мое здоровье!
— Ничего с тобой не случится, если ты один день пропустишь уборку.
— Так и с тобой ничего не случится, если ты мне поможешь!
Теодор закатывал глаза и отмалчивался. Кэсси ворчала и косилась на парня с укоризной. Но следовало признать, что ведение быта было единственным предметом для споров. В остальном Теодор оказался прекрасным соседом. С ним было интересно разговаривать, делиться мнением о новинках индустрии развлечений, с которыми они вместе и знакомились на артефактном терминале, который Теодор создал сам. Но соединялся с инфсетью тот не хуже заводских. Они обменивались книгами, и их вкусы оказались на удивление схожи. Им было не скучно обсуждать увиденное или прочитанное, слушать комментарии друг друга и просто молчать рядом.
А еще они занимались любовью — каждый раз лучше предыдущего. И Кэсси не понимала, как он может сдерживать свою страсть, голодную, обжигающую, ограничивая себя. Только чтобы уберечь ее от излишних нагрузок. При том, что Кэсси постепенно училась провоцировать его, неумело соблазняя, когда собственное желание доходило до предела. Но Теодор не обманул, заявив однажды, что его выдержки хватит на двоих.