Одним из членов нашей группы был Юзик Филиппов, небольшого роста паренек с добродушной улыбкой, неистощимый шутник. Если слышался где-то заразительный смех, все знали, что там Юзик. Он хорошо пел, обладал мягким тенором. С удовольствием, без всякой просьбы, оказывал каждому всевозможную помощь. На задания всегда вызывался первым, а к нашему театру относился с восторженной влюбленностью. Его друг Костя Карнович был высокого роста, с серьезным выражением лица. Но за этой серьезностью скрывался мягкий, добродушный характер и врожденный юмор. Крепкой дружбе их можно было позавидовать.
Военную дорогу, а вернее - ее остатки, местные жители называли "царской", видимо, потому, что она была построена царским правительством. Это название давало повод для неистощимых шуток Юзика и Кости.
Вскоре мы перешли на проселок, ведущий к Поташне. И эта дорога была разъезжена партизанскими обозами, вся залита жидкой грязью. Попадались на каждом шагу глубокие ямы, заполненные водой, которые нужно обходить по бревнам.
От лагеря до Поташни считалось всего четыре километра. Но какие они трудные!
Раньше здесь прохода не было, так как через Черное озеро можно пробраться только верхом на лошади, по пояс в воде. Теперь же там проложили переходной мост - длинные тонкие бревна, скрепленные толстой проволокой. Переходили балансируя, и если нога соскальзывала с бревна, окунались с головой в воду.
От Черного озера дорога стала лучше, и мы быстро дошли до Поташни.
Река разлилась. На противоположном берегу стояло три домика с сараями это все, что осталось от деревни.
Сын одного из хозяев работал перевозчиком. С утра до позднего вечера перевозил на долбленом челноке партизан, двигавшихся туда и обратно. Одни звали его Ароном, другие - Бароном, и я догадался, что кто-то, читавший "Божественную комедию", назвал его Хароном - именем человека, перевозившего души умерших в ад. Перевозчик, впрочем, отзывался на все клички, не обижаясь и, видимо, тоже не стараясь узнать, почему его так называют.
Переправа отнимала много времени, так как в утлый челнок можно было посадить не более двух человек. Груз же и телеги перевозились по частям.
Постепенно все переправились на ту сторону и возле одной из хат расположились на отдых. Баянист начал играть. Пели хором, танцевали.
Хозяева уселись со старшими, и завязался разговор на постоянную в то время тему: что передает Совинформбюро, когда начнется наступление на нашем Белорусском фронте, когда кончится война.
Дочери хозяина, две красивые, веселые девушки, притащили к соломорезке солому и начали измельчать ее для корма лошадям. Ефим Данилович босиком, без пояса подошел к ним и стал крутить ручку. Когда мы обсушились и почистили одежду, было приказано грузиться. К этому времени подъехали подводы из бригады имени Кирова.
К вечеру вместе прибыли в деревню Барово - место стоянки бригады "Вперед". Нам отвели помещение в штабе. Сейчас же Костя и Юзик поставили возле хаты длинный шест с прикрепленной к верхушке антенной, и начала работать рация. После окончания сеанса установили громкоговоритель и местные жители слушали Москву.
Все мы были усталыми, но веселыми. Приготовили для нас ужин. Подали картошку "в мундирах", молоко, творог, масло. Места за столом было мало. Некоторым пришлось стоять, а кое-кто ел на кухне. В 21 час послышались отдаленные взрывы. Это немецкие самолеты бомбили переправу через Неман партизанский мост, устроенный на понтонах. Он находился в расположении бригады имени Дзержинского и тщательно охранялся. Немцы ни разу не могли использовать его для перехода через реку.
Назавтра мы поехали через этот мост в бригаду имени Кирова. Там был один из самых опасных районов. За Неманом у наших бригад почти каждый день происходили стычки с гитлеровцами.
Подъехали к Неману. Мост охранялся с двух сторон. Часовые проверяли всех проходящих и проезжающих. За рекой кончалась пуща, и вместо труднопроходимых дорог через болота начинались сыпучие пески. Лошади из одной беды попали в другую. Тащились медленно. День был жаркий. Но настроение у всех прекрасное. Приятно подышать сухим, здоровым воздухом.
В Барове мы встретились с другим отрядом имени Калинина, недавно пришедшим из-за линии фронта. Боевые ребята. Одеты в разнообразные костюмы, вооружены автоматами, пулеметами, самозарядными винтовками. Простых винтовок совсем мало.
Партизаны шли бодрым шагом, отпуская по нашему адресу всевозможные шутки. Сидящие на наших подводах девушки в мужских соломенных шляпах, лежащий на возу цилиндр Муссолини - все это было необычно в условиях партизанской жизни. Особенно досталось высокому бойцу, шагавшему в черной фетровой шляпе с огромным петушиным пером. Мы тоже отшучивались. В полдень добрались до деревни Кривичи, где размещался штаб бригады имени Кирова. Тут нас уже ждали. Сейчас же всех отвели в штаб, дали умыться с дороги, а затем пригласили обедать.