Потом солистка ансамбля Ядвига Яблонска взяла микрофон и через вокалайзер подключилась к войс-адаптеру. Теперь они пели вместе, а вокалайзер аккомпанировал им, имитируя различные музыкальные инструменты. Получился целый оркестр. Он играл уже в режиме повтора, а Ядвига вплетала в мелодию всё новые и новые слова, и зазвучал прекрасный концерт. Александр был очарован красотой звуков. Он понял, что вокалайзер — это набор аккомпанементов к любой мелодии, а вид музыкального сопровождения выбирает сам исполнитель.
— Ну, как понравилось? — спросил его Дятел после очередного занятия.
— Да! — восхищённо ответил Александр. — Здорово! Мне бы научиться на этом войс-адаптере играть.
— Ха! Тут голос иметь надо. Хоть какой-нибудь, но голос. Как у Гребня, например.
Костя — Гребень сразу понравился Саше. Это был симпатичный живой парнишка, который страстно любил музыку. Ещё он неплохо пел, и занимался в студии живописи. В глазах Кости постоянно мерцали какие-то огоньки, бегали какие-то чёртики. Это говорило о скрытых желаниях и страстной душе. Всё это нравилось Саше. Единственно, что слегка шокировало его в первое время, так это употребление Костей, да и другими детдомовцами, нецензурных слов, где надо и не надо. Иначе говорить они просто не умели. Костя же особенно преуспел в этом. Мат сыпался из него как из рога изобилия. Это был своего рода жаргон, «украшавший» язык детдомовцев и делавший их легко отличимыми от остальных ребят. В детском доме никто не обращал на это внимания. Воспитатели уже устали бороться со сквернословием, зато на улице прохожие безошибочно узнавали детдомовских, как только слышали их речь.
С Костей Саша подружился. Они вместе ходили в игротеку, в библиотеку, смотрели видик. Разговорившись, Гребень нередко ударялся в безудержные фантазии с детективным сюжетом. Он без конца мог рассказывать о приключениях гангстеров, полицейских и разных мафиози, лишь бы его слушали. Привлекали его и сексуальные темы. Он знал множество неприличных анекдотов и с удовольствием рассказывал их. Сашу иногда слегка коробило от некоторых пикантных подробностей, но главное, что с Костей ему было интересно.
Как-то вечером Александр решил угостить Гребня в кафе, однако, когда он полез в куртку за деньгами, там их не оказалось. Они исчезли неизвестно когда. Скорей всего ночью.
— Ну вот, — сказал Александр чуть не плача, — деньги спёрли!
— Хреново, блин! — сказал Костя. — Ну, ничего. У меня ещё руб есть. Можем купить мороженого. А в город пойдём, бляха-муха, стырим у кого-нибудь.
— Как это «стырим» — не понял Саша.
— Очень просто. Карманы почистим.
— Так это же воровство!
— Ну и что? — невозмутимо ответил Гребень.
— Но это нехорошо… — растерянно произнёс Александр.
— Нехорошо тому, кого обчистили, а нам хорошо. У взрослых денег навалом. Пусть делятся. Христос делиться велел.
— А если попадёшься?
— Ха! Я тонко работаю! Хрен заметишь. А, в крайнем случае, и удрать можно. Главное чтобы кошелька при тебе не нашли. Нет улики — нет и преступления.
— Так это может ты у меня деньги спёр?
— Ты что! Я у своих не тырю. Это Винт или Крюк, падлы. Больше не кому. Хочешь, я и тебя обучу своему ремеслу? Тогда всегда при деньгах будешь!
— Не, не надо. Я не хочу воровать.
— Ну и дурак. По началу я тоже боялся. А потом, когда припёрли, пришлось научиться.
— Как это «припёрли»?
— Так. В долг взял раз, другой, до получки, а получку-то стырили, суки, как у тебя. Отдавать, блин, нечем! Вот и пришлось начать шманать по карманам. Иначе мне не жить было. Ну а потом пошло, поехало! Даже интересно стало. Азарт появился. Это как в карты.
— А если попадёшься, тебя ведь в колонию отправят!
— Ну и хрен с ним. В колонии тоже живут.
— Но там, говорят, плохо. Старшие издеваются, да и кормёжка неважная.
— Мне много не дадут. Полгода — год. Выдержу.
— А вырастишь, тоже воровать будешь?
— Не. Тогда я работать стану. Денег навалом будет. Нахрена мне всякую мелочь тырить?
— А кем ты работать хочешь?
— Пока не знаю. Думаю ещё. Может шофёром, блин. Я ездить люблю. Хочу мир посмотреть.
После обеда Саша отдохнул часок и пошёл учиться танцам.
Найск. Детский дом.
Александр вошёл в кафе, где обычно собиралась танцевальная группа. Все ребята были одеты в обычные спортивные костюмы. Это несколько огорчило Сашу. Он мечтал, что будет одет как испанский тореро — в короткую куртку, брюки с бахромой и сомбреро, но оказалось, что все занимаются в спортивных брюках и майках. Вскоре началась разминка. Учитель танцев играл на синтезаторе, а ученики делали упражнения — растяжки. Саша тоже старался не отставать от других. Он с завистью поглядывал, как легко и свободно девушки поднимают вверх ноги, как грациозно изгибаются их спины, как плавно они взмахивают руками. Преподаватель же был недоволен.
— Ладыгина, выше ногу, носок тяни! Яблонска, голову назад и в сторону. Танеев, музыку слушай, ритм! Губерт, не гни колени, тяни ногу… Ещё раз повторим упражнение. И… раз, два три! И… раз два, три! Хорошо. Продолжаем.
Минут через десять разминка закончилась и преподаватель подозвал к себе Сашу.
