В этих образцах, принятых на вооружение Российской армии, реализованы некоторые новые для инженерных мин конструктивные решения – это применение пластинчатых поражающих элементов, двухточечного инициирования боевой части, введение в конструкцию взрывателей программируемых устройств самоликвидации, самодеактивации и самонейтрализации, обеспечение поочередного и группового подрыва и другие. Все это обеспечило выполнение Россией требований Женевской конвенции о запрещении или ограничении применения противопехотных мин.
Начались работы по созданию кассеты КПОМ-3 с противопехотными осколочными минами дистанционной установки ПОМ-3 с неконтактными сейсмическими взрывателями, а это уже изделия данного типа третьего поколения…
Вспоминать то трудное время интересно, ведь после длительного перерыва мы снова принимали участие в организации изготовления опытных образцов, предварительных и государственных испытаниях.
Изготовление составных частей вновь разработанных инженерных боеприпасов и взрывателей размещалось в опытном производстве НИИИ, а также на серийных заводах, ныне ФКП «Саранский механический завод», ФКП «Завод имени Я. М. Свердлова», АО «ВПО «Точмаш», ОАО «Балакиревский механический завод» и ФГУП «ЗСВ «Эластик».
В то время эти заводы почти не имели серийных заказов и брались за изготовление небольших по объему опытных партий. Съездив на них в командировки, мы увидели весьма удручающее состояние цехов и то незавидное положение, в которых пребывали наши заводы и их работники.
Саранский механический завод за долги перед местной энергетической компанией лишился нового лабораторного корпуса, в котором размещались отделы главного конструктора, главного технолога и архивы технической документации. Оказавшись ненужным этой компании, пустующий корпус начал разрушаться. Загородное сборочное производство также пустовало из-за недостаточного объема серийных заказов, рабочие и инженеры увольнялись, переходя на работу на другие предприятия, которых в столице Мордовии немало. Большую помощь нам оказывал в то нелегкое время старейший работник этого завода В. Н. Осекин, досконально знавший производство, на заводе его называли «нашим профессором»…
Завод синтетических волокон «Эластик», находящийся в одном из поселков Рязанской области, построенный специально для производства инженерных боеприпасов, пребывал в еще более плачевном состоянии. Корпуса снаряжательных и сборочных цехов пустовали и постепенно разрушались. Опытные образцы наших изделий снаряжались взрывчатым веществом и собирались в цехе, в котором с потолка капала вода…
Нам все же удалось провести снаряжение и сборку опытных образцов противопехотного осколочного боеприпаса, а также произвести приемочные испытания на испытательной площадке завода. При проведении этих работ нам большую помощь оказал тогдашний главный технолог завода Д. Г. Кан.
Экономя средства, выделенные на проведение опытно – конструкторских работ, мы старались провести испытания в войсковых частях, которые являлись бюджетными учреждениями, но не всегда имевшие требуемое испытательное оборудование. Поэтому приходилось придумывать собственные методики испытаний, как говорится, голь на выдумки хитра…
По результатам разработок институтом получены пять патентов на изобретение устройств новых инженерных боеприпасов, хотя мы могли бы оформить и большее количество заявок, при этом образцы новых боеприпасов производятся серийными заводами. Однако Патентный закон Российской Федерации в его нынешней редакции таков, что не обязывает заводы выплачивать денежные вознаграждения ни предприятиям – патентообладателям, ни, тем более, авторам изобретений. Это привело к тому, что количество заявок на изобретения, полученных в результате служебной деятельности авторов уменьшилось в оборонной промышленности, полагаю, в сотни, а может быть в тысячи раз по сравнению с советским периодом, хотя и в те времена получение авторских вознаграждений являлось трудной задачей.
Заслуженный изобретатель Российской Федерации В. А. Одинцов приводил мне такой пример. Массачусетский технологический институт в США зарабатывает на патентах по 2 миллиарда долларов в год, а его российский аналог МГТУ имени Н. Э. Баумана в последнее время не имеет от этой деятельности практически ничего. Это привело к существенному сокращению заявок на изобретения, подаваемых сотрудниками университета, а ведь изобрести новое устройство, обосновать его новизну, правильно оформить заявку совсем не просто.
Странное у нас в стране патентное законодательство, тем не менее, предприятия по результатам каждой опытно – конструкторской работы оформляют совершенно не нужные разработчикам боеприпасов справки об интеллектуальной деятельности.