Незримые нити империалистических разведок, словно щупальцы, протягивались из-за рубежа на территорию Советского Союза и, конечно, приграничной Белоруссии. Вчерашние союзники в борьбе с германским фашизмом, а ныне враги социалистического мира пытались как можно дальше продвинуть свою агентуру. Тайная война была тем ожесточённее и коварнее, чем изощрённее действовали тщательно отобранные и хорошо обученные вражеские лазутчики.
Но ставка американской и английской разведок на свои «кадры» в Стране Советов оказалась битой – они были разгромлены. Пришлось восполнять «пробелы», забрасывать новую агентуру.
Вот почему в ночном небе над советской землёй, в том числе и над Белоруссией, время от времени начали появляться «неизвестные» самолёты без опознавательных знаков…
Однажды ночью был услышан гул самолёта, прилетевшего с Запада и вскоре вернувшегося назад. Нет, он не заблудился. Его вела опытная рука по специальному заданию и с «живым грузом».
Что это так, подтвердилось на следующий день, когда после организованных поисков был обнаружен в лесу парашют.
А где тот, кто приземлился на нем?
Через некоторое время стало известно, что среди немногочисленной группы бандитов – так называемых «лесных братьев», затаившихся в лесной чащобе, – появился новый человек под фамилией «Слуцкий». Кто-то свёл его с этим сбродом, и вскоре он стал их руководителем.
Ночной гость не скрывал, что прибыл из-за границы. В подтверждение этого кроме предъявленного удостоверения, гласившего, что он является членом Рады «Белорусской народной республики», Слуцкий подарил одному из бандитов заграничный пистолет и передал в «общий котёл» пять тысяч рублей советскими денежными знаками.
Слуцкий?.. Прежде о нем ничего не было известно. Не кличка ли это, за которой скрывается человек, ранее бывавший в районе приземления и имеющий там связи?
Если это так, его могут знать некоторые участники бандитской группы из числа местных жителей. В частности, может знать тот из них, которого жена давно уговаривает явиться с повинной. Муж её, по словам женщины, во время фашистской оккупации был в принудительном порядке вовлечён в так называемую «самооборону». По характеру слабовольный и робкий, он покорно выслушивал ругань любого типа, одетого в гитлеровскую форму. А после изгнания фашистов, боясь, что арестуют и будут судить, связался с отпетыми головорезами и вместе с ними ушёл в лес.
Этого человека давно можно было арестовать. Когда он, как ему казалось, тайком приходил к жене или когда она ходила к нему на свидание. Но, до поры до времени, этого не делали. Потому, что его рассказы о делах банды нужны были сотрудникам госбезопасности.
Мы не ошиблись: во время очередного свидания незадачливый муж рассказал жене о прибывшем из-за границы «большом начальнике». А едва она спросила – кто этот «начальник», как тут же услышала в ответ: «Ты его знаешь, когда-то его называли „Чечёткой“. Настоящая фамилия Филистович. Теперь у него другое прозвище – „Слуцкий“.
Значит, Слуцкий и есть Иван Андреевич Филистович? Что ж, этот ночной пришелец давно и хорошо известен своими прошлыми делами. Выходец из буржуазной семьи, получивший шляхетское «воспитание» с антисоветской направленностью, Филистович, или, как он себя именовал, пан Ян, враждебно отнёсся к воссоединению западных областей Белоруссии с БССР. Зато вероломное нападение фашистских полчищ на Советский Союз он встретил как праздник.
Перебежав из партизанской зоны в близлежащий гитлеровский гарнизон, И.А.Филистович добровольно, без малейшего принуждения, вступил в созданный фашистами националистический батальон СД. Он хвастался, что гордится «сотрудничеством» с оккупантами потому, что с детства ненавидит Россию и Советскую власть. И подтвердил это – исправно нёс охранную службу, участвовал в карательных экспедициях против партизан.
С женщинами и стариками воевать было легко, и Филистович беспощадно расправлялся с мирным населением белорусских деревень. Не отказывался он и от участия в отправке евреев в гетто, откуда, как известно, никто не возвращался.
Но вместе с победоносным наступлением Красной Армии неотвратимо приближалось возмездие. Летом 1944 года закоренелый преступник предпочёл улизнуть сначала в Польшу, а потом в Италию и Чехословакию. Озлобленный враг и там продолжал принимать активное участие в карательных экспедициях против итальянских, чешских и словацких патриотов.
После разгрома гитлеровской Германии Филистович затаился на территории Польской Народной Республики, где даже сумел устроиться на работу.
Однако боязнь разоблачения не давала покоя. Животный страх перед неминуемой расплатой погнал предателя прочь с польской земли. Только перебравшись в Западную Германию, он почувствовал себя в безопасности.
А через несколько лет опять появился в Белоруссии.
Кто и зачем его прислал?
