– Зачем так много?– удивленно проговорил я.
– Ничего, зато надолго хватит, тава не портится практически, а моем карманном суперпространстве тем более. Колдуй воду,– улыбаясь, проговорила она,– мои запасы пополнять неудобно.
– Почему неудобно?
– Ну знаешь, простые смертные носят ее в специальных ведрах из ближайшего водоема. Много раз.
– Так ты ведь не простая смертная!
– Поэтому черпаю сразу всю бочку и леветирую ее сюда.
– В чем же неудобство?
– До реки или озера несколько далековато, так что колдуй!
– Легко,– и начал диктовать раз за разом слово «аква», скидывал шар за шаром в бочку. Вода пополнялась очень медленно, уровень еле поднимался. На половине у меня уже язык заплетался. Одним из шаром я смочил рот и продолжил наполнение. Не меньше двухсот шаров потребовалось закатить в бочку, чтобы наполнить ее. Как минимум шесть сотен произнесений одного и того же слова заклинания на скорость – язык онемел.
– Молодец, теперь оставим его настояться несколько часов, и будет готово.
Говорить было больно, я телепатировал: «шестьсот раз повторять одно и то же – удовольствие не для всех»– и неуверенно улыбнулся онемевшими губами.
– Заняло это у тебя совсем мало времени,– ироничным тоном ответила она. Я скривил такое лицо, что она решила не продолжать подколки.
– Ладно тебе. Скажи, где сфера воспоминаний, подаренная Корсой?
– Положил вон на ту полку,– и я указал ей на нужную полку.
– Не думала, что мне попадется еще одна такая вещица.
– Чем она так ценится?
– Кроме того, что этот минерал довольно редкий, она еще и незаменима: ты что-то не очень ясно помнишь, какую-нибудь деталь, а сфера дает возможность вернуться в воспоминание и разглядеть все до мелких подробностей,– проговорила эльфийка.
– Но как? Она же не сохраняет все виденное тобой в себе?– Удивился я.
– Нет, но ты же это помнишь.
– Если уж что-то забыл – значит забыл.
– Ты откладываешь значительно больше, чем думаешь, весь вопрос в доступе.– Блеснула эльфийка своими познаниями вновь.
– Так она дает доступ к потерянным деталям?
– В общем и целом.
Я вспомнил, как оказался во мраке, когда заходил в сферу и тот панический приступ.
– А в воспоминании о сне можно оказаться?
– В любом воспоминании можно, нет ведь разницы о сне оно или про явь, так называемую. Правда лично я никогда не пробовала вернуться в сон. Даже любопытно, как там будут детали проявляться – как есть или как должно быть?
– Похоже, я оказался в месте из сна. Местечко не из приятных было, скажу я тебе.– От воспоминания мурашки по спине передислоцировались с нижней части в затылок.
– Давай я попробую,– с этими словами она подошла к полке и коснулась шара, затем еще раз и пропала – очевидно, оказалась в своем воспоминании, через несколько секунд появилась снова:
– Забавно. И как с таким окружающим миром можно поверить в его реальность, когда спишь. Там ведь и лиц у других толком нет, какие-то грубые черты растений и зданий, будто недорисованные. Удивительно.
– Это странно, действительно!– Воскликнул я,– В моем месте было полностью темно, не было ничего. Будет неприятно, если это не сон, а темная половина мира и на той половине мира так темно и жутко. Как же я там вообще мог тогда жить?– Щемящее чувство в груди захлестнуло меня, но я вовремя откинул эту мысль,– этого решительно не может быть, возможно, это воспоминание о каком-то событии, может, я был заперт в темной комнате или с завязанными глазами был, словом, у меня есть воспоминание о моей жизни до того, как я очнулся в лесу.
– Или это просто сон,– улыбнулась Маэль.
– Навязчивый сон! Моя прежняя жизнь может оказаться и не столь прекрасной. Тогда неведение гораздо лучше.
– Не думаешь ли ты бросать наше путешествие?
– Я все равно не смогу спокойно жить, не попытавшись узнать – меня сожжет огонь любопытства изнутри, если я не затушу его.
– Понимаю, Эрик, я тоже по природе любопытна, и думаю, что узнать, чтобы там ни было, в любом случае лучше, чем жить в неведении.– Она улыбнулась.
Тава приготовилась, пока мы коротали время за разговором. Ее приятный и освежающий вкус взбодрил и придал сил каждой мышце. Мы решили, что можно двигаться дальше и вышли на улицу, где оставили флатку. Маэль забрала палатку и будничным движением отправила КОТ в отверстие летательного средства, после чего легко подняла транспорт вверх и двинула его в прежнюю сторону. Далеко внизу, под нами, открывался вид на красивый пейзаж, а рядом со мной подруга, даже более прекрасная, чем вид природы.
Прежде меня не посещали философские мысли, наверное, я был слишком занят выживанием, но на секунду я задумался, что будет дальше, кто я сейчас? Кем стану? Конкретных ответов не было, только боязнь, что все окажется не таким, как я хочу. А как я хочу? Тоже непонятно.
