Практически все получили квартиры в Таежной. На малой десятке, как говорят ракетчики. Уже готовились к встрече эшелона с семьями, когда Сибирцеву приказали срочно вернуться в Улан-Батор.
По приезде в часть, Сергей доложил командиру о положении дел в Таежной и помчался домой. Ведь уже два месяца жил в отрыве от семьи. Но, понежиться в семейной обстановке не пришлось, в девять утра он должен был быть в Генеральном штабе МНА.
Сергей понял, что вызывает его отец Аюн. Генерал встретил приветливо, даже можно сказать, по-семейному. В процессе службы они неоднократно встречались. Обнял, завел в кабинет. Расспросил о делах и попросил пройти в соседнюю комнату.
Когда Сибирцев открыл дверь, восторгу и удивлению не было предела. За столом, в форме полковника, сидел и улыбался… Ли Зен!
В его карих глазах блеснул озорной огонек.
— Братан!..
И друзья бросились в объятия.
От неожиданности и торжества эмоций в горле у Сергея стоял ком. На глазах навернулись слезы. Они долго смотрели друг на друга, не произнеся от волнения ни слова. Это была долгожданная встреча настоящих мужчин.
Первым из ступора вышел Сергей.
— Ну, братан, рассказывай. Как ты, что ты? И как вообще здесь оказался. А, впрочем, нет. Поедем ко мне домой. Юля тоже будет очень рада тебя увидеть. Там нам никто не будет мешать.
— Я бы с удовольствием, но дело в том, что я здесь нахожусь инкогнито, из Генштаба не могу выйти, а через два часа убываю в Китай. Побудем здесь, а Юле передашь привет. Возможно, в следующий раз увидимся семьями. Здесь я по вопросам службы. О тебе узнал случайно, от Аюн. Ее я знаю уже давно. Расскажи лучше о себе.
Сергей, волнуясь, сбивчиво и коротко поведал другу о своей жизни после уезда из Даурии.
Вспомнили те драматические события, что выпали на их долю во время советско-китайских событий. Вспоминали общих друзей, горести и радости суровой забайкальской жизни.
В комнату заглянул монгольский офицер и попросил Ли Зена выйти.
Вернувшись, тот озабоченно сказал, что через пятнадцать минут у него совещание, после которого он уезжает.
— Слушай, Серый, я тут слышал от отца Аюн, что у вас с ней очень серьезные отношения, это правда?
— Да, правда. Настолько серьезные, что стоит вопрос — остаться с Аюн в Монголии или уехать в Союз с Юлей.
— И, что ты решил?
— Остаюсь… с Юлей.
— Я так и думал. Понимаю тебя…. Слышал, что переводишься на повышение в Сайн-Шанд?
— Отец Аюн что-то говорил об этом, но сейчас молчит. А у нас послезавтра последний эшелон в Союз.
— Нет, вопрос уже решен. Мне сообщили, что в штабе армии есть приказ о твоем переводе. Так что, готовься. И еще… Я закончил академию в Москве и сейчас работаю в органах госбезопасности Китая. У меня есть к тебе предложение — перебирайся к нам.
Услышав удивленный возглас Сергея, он остановил его жестом руки.
— Успокойся и не паникуй. Это только на первый взгляд предложение кажется диким и сумасшедшим. Ведь ты даже не знаешь, куда вскоре вынужден будешь вернуться. Нет у тебя уже той Родины, которую ты помнишь. Это я остался в процветающей коммунистической стране, а ты едешь в страну нищеты, бандитизма, коррупции и дикого капитализма.
Поверь мне, я не могу тебе многого раскрыть, но через год-два, если не принять экстренных мер, у вас все развалится и таких как ты, просто выбросят на помойку истории. А Китай уже далеко не такой, каким ты его помнишь. Вот увидишь, через десять-пятнадцать лет мы будем супердержавой, займем нишу Советского Союза и серьезно потесним Америку.
С Союзом же сейчас очень дружеские, даже братские отношения и в дальнейшем они будут только углубляться.
Соглашайся. Первое время будешь служить в Шеньяне. В штабе округа. Разрабатывать северное, уже знакомое тебе, направление. Кстати, несколько ваших офицеров уже там.
Сибирцев внимательно смотрел в глаза Ли Зену. Потухший взгляд его уже ничем не напоминал недавнюю эйфорию.
— Ты что, вербуешь меня?
— Причем здесь это. Я о тебе забочусь, о твоей семье. Я предлагаю тебе остаться жить в той системе, к которой ты привык. За которую, в конце концов, проливал кровь.
— Нет. Я давал присягу на верность Родине! Пусть это звучит пафосно, но я остаюсь с ней!
— Ну и дурак!.. Ладно, все, мне пора. Адресами не меняемся, я тебя сам найду. Пока.
И Ли Зен, прильнув щекой к лицу Сергея, покинул кабинет.
Вскоре вошел отец Аюн.
— Ну, что, поговорил с другом? — усмехнулся он.
— Так точно, поговорил. Спасибо вам.
— Мне не за что, Ли Зена благодари, он настоял на вашей встрече. А ты, сам, определился с дальнейшей службой?
— Сейчас перебираюсь в Таежную.
— Давай-ко в Сайн-Шанде послужи, пока есть возможность получить повышение. А в Союзе, скажу тебе откровенно, в ближайшем будущем делать нечего.
Генерал отодвинул занавеску и стал смотреть в окно.
