Начало пригревать солнце, да и после вчерашних возлияний, что-то мутило. Пора готовиться к трапезе.
Вышли на берег, сообразили костер, и через полчаса в котле закипала наваристая уха из судака и окуней.
На полянке расстелили взятые с собой дождевики, накрыли «стол»: яйца, помидоры, колбаса, хлеб (обычный набор туриста), посредине поставили котел с ухой.
Сибирцев достал привезенный с собой армейский спирт в медицинской грелке (опасался проверки в самолете).
Сели в круг с кружками и ложками. Первая чарка за успешную рыбалку пошла с трудом, так как спирт невыносимо вонял резиной. Однако, учитывая «сухой закон» действующий на то время в Союзе и сложности с добыванием спиртного, дальше все пошло «на ура».
Спирт — коварная штука. Вскоре молодежь, захмелев, орала на всю округу песни и лишь Михаил Васильевич, рулевой, воздержавшись от дальнейших возливаний, посмеивался над ними.
К вечеру, вспомнив, что сегодня танцы в парке культуры, засобирались в город.
В устье все же вышли. Наловив с пол ведерка окуней, двинули домой.
А в городе его ждала еще одна встреча.
— Сергей! — послышался сзади девичий голос.
Сибирцев обернулся. Его догоняла стройная, удивительной красоты, молодая брюнетка.
— Кто это? — удивился Сергей.
И лишь когда та подошла ближе и улыбнулась своими незабываемыми «ямочками», он понял, что это Вера Арская, подружка и одноклассница его младшей сестры Татьяны.
— Привет! Ты чего проходишь и не здороваешься? — спросила она лукаво.
— Ой, Верунчик, извини. Да тебя не узнать. Гадкий утенок превратился в жар-птицу!
— Что, настолько гадкая была?
— Нет, конечно. Это я сказку вспомнил. Ну, сама подумай, как я мог к тебе относиться, если между нами семь лет разницы? Я школу закончил и в училище уехал, когда ты в четвертый класс ходила. А сейчас ты действительно красавица!
— Да ладно, не подлизывайся.
— А ты что, в Вытегре обитаешь? — заинтересовался Сибирцев.
— Да. Окончила институт, работаю в городском музее. НЕ-ЗА-МУ-ЖЕМ! Еще вопросы будут? — дерзко ответила девчонка.
— Как родители? — невозмутимо продолжал опрос Сергей.
— Папа умер два года назад, мама болеет. Иногда ходит в гости к Полине Васильевне, твоей маме. А как ты?
— Извини, не знал. А я? Служу. На востоке. Сейчас в отпуске.
— А как Татьяна? — спросила Вера.
— Замужем, двое детей. Живет под Волгоградом. В следующем отпуске думаю к ним съездить.
— Передавай привет и скажи, чтобы написала мне.
— Хорошо, обязательно передам.
— Ну, ладно, я побежала, обед заканчивается. Приходи в музей, — она улыбнулась, махнула рукой и повернула к своему дому.
— Привет маме! — крикнул вдогонку Сибирцев.
— Спасибо, передам… — послышалось в ответ.
Хороша! — отметил про себя Сибирцев, — где мои семнадцать лет? — с грустью подумал он, и быстрым шагом продолжил свой путь.
7
Как не прекрасен летний отпуск, но все когда-то кончается. Пришло время возвращаться к армейским будням.
Забрав Ванька в Омске, вылетели на Улан-Батор. В Иркутском аэропорту при пересадке произошла неожиданная встреча. Возле стойки регистрации к Сергею подошел майор-связист и нерешительно спросил:
— Серега, Сибирцев?!
— Да, я. — Ответил Сергей, и пристальней взглянув в знакомые черты, вдруг узнал Серегу Вертикова, с которым учились в одной курсантской роте.
— Серега, Вертиков?!
— Точно!
Они обнялись, душевно похлопывая друг друга по плечу, отошли к стойке бара. За беседой незаметно пролетело время. Объявили посадку, и братья по оружию расстались.
Из рассказа Вертикова, Сибирцев узнал, что на «Газоне», узле связи штаба Заб. ВО, служит его друг Славка Урин, с которым прожили бок о бок четыре года в казарме, разделяя все тяготы и лишения службы.
При таможенном досмотре в аэропорту Улан-Батора, монгольские таможенники прицепились к гусям Сибирцевых, что дала с собой в подарок любимая теща.
Несмотря на изобилие мяса в Монголии, птица была в дефиците, и привозилась только с Союза. Теща забила двух больших, килограммов по восемь, гусей, которых выращивала в своем приусадебном хозяйстве и собрала их детям с собой, а теперь монголы уперлись и не пускали мясо через барьер. Сибирцев долго их уговаривал, предлагал даже поделить пополам, но все тщетно.
Тогда он обиделся, выбросил гусей в мусорный контейнер и прошел на выход.
Обернувшись, он увидел две задницы, торчащие из мусорника. Таможенники достали гусей, протерли их тряпкой и довольные добычей продолжили «трясти» пассажиров.
— Тьфу, скоты! — разочарованно сплюнул Сергей и вышел на стоянку такси.
По возвращению в часть, Сибирцев выбил себе командировку в Читу и вот он, выписав на проходной пропуск, заходит на узел связи штаба округа.
Дежурный офицер подтвердил, что майор Урин на службе и сейчас выйдет.
Тот восторг и крик души при почти случайной встрече двух друзей-братьев, прошедших вместе через кровь и пот, трудно описать словами.
Появился Славик и замер в оцепенении.
— Маршал?!
— Граф!!!
