У деревянного одноэтажного здания аэропорта, стоящего в обрамлении вековых корабельных сосен, народ садился на рейсовый «ЛАЗ». Там Сибирцев увидел знакомых ребят и помахал им рукой, но папа уже нетерпеливо сигналил ему из почтовой машины.
Ехали по, до боли знакомым с детства, местам. Остались позади Девятины. Село, куда ездили «дружить» к девчатам с Юркой Самутичевым и Вовкой Старковым… Мелькнул дом Любы Сосипатровой, бывшей зазнобы… Ялосарь… Озерки… Грибные места… Белоусово… Шестово, где лазили в детстве с бреднем по заливам канала… А вот и Вытегра…
Когда бы не приезжал в Вытегру, из каких бы странствий не возвращался, непременно испытывал восторг и состояние человека, взявшего еще одну вершину. Как будто родина-мать брала на время под свое крыло уставшего сына.
В первый же день приезда, когда Сергей зашел за хлебом в продовольственный магазин, он встретился взглядом с незнакомой девчонкой. Та улыбнулась и поздоровалась, назвав его по имени.
Сибирцев, кивнув в ответ, отвернулся к витрине.
— Странно, не могу вспомнить, что это за красавица, — рылся он в памяти.
И тут же вспомнил:
— Это же Татьяна, что была с Леной в гостях у Гринягина в один из прошлых приездов Сибирцева в Вытегру!
Он провел взглядом по магазину и, не увидев девчонки, вышел на улицу.
Цокая каблучками босоножек на стройных ножках, та удалялась по проспекту.
— Таня, — крикнул он и ускорил шаг.
Девушка обернулась.
— Здравствуй Таня, извини, но я сразу и не узнал тебя. Ты выросла и превратилась в настоящую красавицу!
— Да, ладно, что уж там, — смутилась девушка, — ты, когда приехал?
— Сегодня и приехал. Только вышел в город, а тут ты…
— Надолго?
— Нет. Я в командировке. Но с неделю буду.
Разговор не клеился. Таня, да и Сергей, смущались.
— Ну,… я пошла?..
— Да, конечно…
Каблучки зацокали дальше.
— Тань, подожди, — неожиданно окликнул вновь ее Сергей. — А давай, вечером встретимся? — неуверенно предложил он.
— Давай, — легко согласилась она, улыбнулась и пошла дальше.
Сергей остался на месте в задумчивости.
Из прострации его вывела дома мама, спросив:
— А ты хлеб взял?
— Нет.
— А в магазин заходил?
— Да.
— Зачем?
— Спроси что-нибудь полегче, — отмахнулся Сергей и вновь пошел за хлебом.
К друзьям он решил в этот день не идти, так как знал, что первая встреча-гулянка затянется на два-три дня.
Сбегал в баню, погладил брюки и рубаху… В общем к вечеру был любо-дорого. И тут лишь вспомнил, что не назначено время и место встречи.
— Что же делать?.. — размышлял он. — Бродить долго по центру как-то уже не солидно. А, — решился он, — в девять вечера пройду по нашему маршруту (почта-баня) и, если не увижу, пойду к мужикам, а там, как сложится.
Он подошел к городским часам у Северского моста и сразу же увидел приближающуюся от Горки знакомую фигурку.
— Привет, — улыбнулась Таня, — я не опоздала?
— Нет, что ты, это я, дурак, не сказал, где и во сколько.
— Разве? А я и не заметила. Обычно всегда в это время в город выходим.
Повисла напряженная минута.
— Э… Может в кино? — единственное, что нашел предложить Сергей.
— С удовольствием, — тут же согласилась Татьяна.
Они пошли в сторону кинотеатра.
— Надо, наверное, взять ее под руку, — неуверенно подумал Сибирцев, — а то идем, как пионеры.
Он нерешительно и с опаской сунул свою ладонь куда-то под мышку Тане. Та, чуть встрепенувшись, прижала локоть и коснулась Сибирцева плечом.
Они шли молча, но это им не мешало, а наоборот, придавало уверенности. Это было даже хорошо — молчать вдвоем.
Названия фильма, да и сам фильм Сибирцев не запомнил. Помнилось лишь то, что весь фильм они молчали взявшись за руки. Каждый молчал о своем.
После кино, они долго бродили по окраинам города и, распрощавшись у Таниного дома (кстати, она оказалась почти соседкой одноклассницы Сергея, Тани Паршуковой), Сибирцев, счастливый, вернулся к себе.
На следующий день они встретились вновь, не сговариваясь. Скажу больше, случайность встреч в дальнейшем, очевидно, говорит об их судьбоносности.
Следующим утром Сергей шел к Сане Гринягину и на колонке у реки встретил полоскавшую белье Татьяну. Рядом стоял мужчина с коляской. «Наверное, отец», — подумал Сергей. Он еще удивился, что они так далеко возят полоскать белье.
— Привет, — обрадовался Сибирцев. — А я вот, к Гринягину иду…
— Привет, — смущенно улыбнулась Таня, взглянув на него немыслимой красоты глазами. — А я, видишь, по хозяйству…
— Ну, давай, до вечера…, — махнул он рукой.
— До свидания, — грустно ответила Таня.
Вечером они встретились вновь под часами.
Фильм шел вчерашний. Решили просто погулять. В парке сели на скамейку у комнаты смеха. День был будничный, аттракционы не работали, редкие прохожие спешили домой.
Сидели и разговаривали. Тихий и спокойный голос Тани бальзамом ложился на израненную душу Сибирцева. Вспоминали общих знакомых, интересные случаи и истории. В сумерках заметно похолодало. Сергей набросил Татьяне ветровку на плечи, посадил на колени и обнял.
Им было легко и хорошо вместе. Светло и честно. Они целовались…
