Разные коты в посёлке и его окрестностях живут. Породистых мало, но все как один хороши. Пушистые и гладкошёрстные, чёрные с белой грудкой и такими же лапками или полосатые, разных оттенков, пятнистые и серо-песочного цвета, с коричневыми подпалинами… Даже пара трёхцветных есть, в том числе небольшая кошечка из соседнего дома, на редкость ласковая и с мягкой, как бархат, шкуркой, которая освоила домик охраны и предпочитает проводить время там, периодически выходя на патрулирование ворот и шлагбаума. У коней масти известны – целый перечень существует. Интересно, есть ли такой же у кошек? При этом в их сообществе своя жизнь – кто-то между собой дружит и общается, кто-то периодически устраивает скандалы и разборки, а кто-то в большом авторитете, и его боятся трогать, как того же Мурчика, помня, что может сильно вломить. И хотя его давно кастрировали, обидеть непрошеного пришельца-забияку он всегда готов.
Сделать это пришлось по медицинским соображениям, чтобы перестал пропадать невесть где целыми днями, проводя всё своё время в битвах за кошек, после чего его приходилось отвозить к врачам и залечивать прокушенные лапы, порваные уши и раны на всех прочих частях тела. Причём некоторые из особенно выдающихся, оставшихся в итоге этих баталий шрамов, выглядели так, будто соперниками кота была пума средних размеров или хотя бы таёжная рысь. Впрочем, мало ли кого может встретить кот, когда уходит из дому на два-три дня в поисках приключений? В лесу и лис полно, и барсуки живут, и куницы с ласками, да и одичавшие собаки, бывает, гоняются за зайцами, а они хуже любых волков… Вот после того, как поймал Мурчик невесть в какой драке кошачий иммунодефицит (такой, оказывается, тоже есть!) и провалялся пару недель с высокой температурой под капельницей, врачи и предупредили, что с этим надо что-то делать, иначе в следующий раз может просто не выжить…
Впрочем, с котами всё проще. Своего погладил, чужим сказал, проходя мимо, ласковое слово, а особенно выдающимся экземплярам классическое «кис-кис-кис», и дальше неторопливо пошёл круги накручивать. А вот с собаками такое не проскочит. Они по долгу службы обязаны прохожего облаять – за редкими исключениями особо дружелюбных или флегматичных экземпляров, вроде добрейшей души старенького йоркширика Франи и её подружки, пушистого толстенького померанского шпица Робин. Все остальные, живущие в посёлке постоянно или заезжающие на выходные пёсели и псицы, передают тебя друг другу, голося вовсю на разные лады. НЕ делают этого собаки, разве только если спят, либо заняты в глубине дома какими-то чрезвычайно важными делами. Например, шкодят, перекусывают или играют с хозяевами…
Соответственно, в ходе прогулки в воскресенье днём был последовательно облаян целой командой бдительных сторожей, хотя на месте присутствовали не все. Скажем, не было дома команды из трёх рыжих лохматых юрких кроличьих такс, которых обожает дразнить, сидя на откатных воротах, где те его не могут достать, Мурчик. И отсутствовала крошечная кудрявая пуделиха из дома у поселковых ворот. Так что первым из отреагировавших на автора стражей Берендеевки был маленький ризеншауцер Чейз, который НЕ лает, только когда мимо него проходишь, выгуливая дочкиного шпица Джерри-Ли (папу её вообще звали Роял-Презент, так что заводчики на собаках явно отрываются с именами по полной), в которую Чейз платонически влюблён. Впрочем, не он один: в её «френд-клубе» числятся многие, включая забегающего из соседнего посёлка лопоухого коротколапика Михалыча, живущего у тамошних строителей.
Затем слева из окна второго этажа громогласно выступил молодой тёмно-коричневый лабрадор, а справа к забору подлетел с заполошным лаем симпатичный двухлетний французский бульдог с коричневой маской на мордочке, редкостной, «в яблоках» масти. Точнее, белой с серо-голубыми точками (маленький внук хозяев утверждает, что это благородная плесень, как на голубом сыре!). Бульдожек конвоировал до конца забора, изображая исключительную свирепость, хотя ему, при таких уморительных ушах, делать это было нелегко. Впрочем, до него в этом доме жили один за другим два мощных складчатых, словно плюшевых, молчаливых, но явно суровых шарпея и изрядных размеров риджбек, который при желании мог легко перемахнуть забор. Пассажиры были ещё те, помянутая Джерри-Ли их очень боялась и правильно делала. Для них она была на один укус.
