Эстафету у бульдога перехватила лобастенькая курносая и лупоглазая чихуа-хуа Бьюти, гордо гулявшая на поводке с хозяином, напружинив поднятый к небу хвост. Её хозяин не зря называл микроовчаркой, так что до тявканья она не унизилась, но слегка порычала, сдержанно обозначив зубки. Парочка особо агрессивных подружек из дома у поворота – небольшая чёрная пинчерка и нервная серо-жемчужная китайская хохлатая (взятая хозяевами из приюта – есть же люди, у которых совершенно нет совести, бросать на произвол судьбы невесть зачем заведенных питомцев!), отсутствовали, что обеспечило тишину на этом отрезке дороги. Как, впрочем, не было и огромного чёрного кане-корсо с налитыми кровью глазами (порода такая, пёс не виноват, что так выглядит) в доме напротив, периодически лежащего на тамошней лужайке, словно мраморный памятник самому себе.
Зато в деревянном доме за поворотом завёлся новый жилец: игривый, с басистым голосом годовалый корги-кардиган Марс, редкой мраморной масти, с разноцветными каре-голубыми глазами. Очень игривый, пока не очень воспитанный и любящий играть с маленькими детьми в догонялки, что маленькую дочку его собственной хозяйки приводило в восторг, но внучку автора, за которой эта хоть и небольшая, но самая что ни на есть всамделишняя «овчарка» помчалась, пытаясь вовлечь в игру, всерьёз напугало. Ну, тут понять можно… А вот дальше по кругу – одни коты. Франческа, пожилой чёрный терьер, которого в детстве страшно боялся внук, по возрасту покинула этот мир – «ушла на радугу», как и бестолковый небольшой светлый дворняжистый пинчерок Мартин, вечно шлявшийся по всему посёлку сам по себе, и его, такой же по бродяжьему характеру, только чёрной масти, сосед.
Впрочем, тут ничего не поделаешь – собаки и коты так же не вечны, как и их хозяева. У автора его первая собака, ненецкий оленегонный шпиц Дик, редкостного ума и красоты чёрно-белый пёсик, прожил до 17 лет. А пушистый, как палевое облачко, маленький пекинес жены, Гакусей Зянь-Вэй, она же Зуля, до 13 лет и, как её ни лечили, дальше сердечко не выдержало – хотя в Берендеевке пожить она успела и дружила там и с абрикосового цвета пожилым пуделем соседей Греем, и с добрейшего нрава и ангельского вида кудрявой бело-коричневой кавалер-кинг-чарльз-спаниелькой Тарти, периодически заходящая в гости на участок, ставя в ступор Мурчика, которому категорически заказано её обижать. Последняя, как её зовут по-домашнему, «Тарталетка», жива и здорова, но явно сидела, несмотря на жару, в Москве, иначе к автору бы непременно подошла, как делает всегда.
Впрочем, нехватку лая, помахивания хвостами и подпихивания мокрыми носами под руку на этом участке пути с лихвой возместила парочка громогласных весёлых цвергшнауцеров, обитающих в доме перед микропуделихой. Два звонкоголосых сторожа лучше, чем один, да и им вместе веселее. Правда, младшего, Жорика, который совсем уж решил поизображать из себя собаку Баскервилей, хозяин поймал, прижал к себе, пузом кверху, для чего перевернул вверх тормашками, не обращая внимания на яростные протесты пёсика, которые быстро заглушил, зажав ему мордочку так, что из глотки ничего, кроме совершенно нестрашного и даже смешного визга не доносилось. Ну, маленькую собаку унизить может каждый… Был бы он тибетским мастифом или питбультерьером, переворачивали бы его лапами кверху! Как же! В общем, прогулка удалась – норма по шагам была выполнена. Спасибо котам и собакам!
Вечер пятницы. Посёлок спит. Ходят по своим неотложным делам коты. Собаки все по домам, с ними уже никто не гуляет. Пользуясь тем, что спала дневная жара, соседи начали массовый полив своих участков – где-то по-простому, из шлангов, а где-то заработали автоматические системы. Слава Б-гу, с водой пока в России всё нормально: не в Средиземноморье живём, где сейчас жарко, как в аду, и такая засуха, что полив местные власти во многих странах запретили. Последние машины с жильцами посёлка, их родственниками и гостями, въезжают в ворота. Где-то за ближайшей дорогой, скорее всего, в «Хилтоне», гуляют: гремит музыка, палят то ли из ракетниц, то ли из автоматов и запускают салют. Ну, пятница – она и есть пятница. Народ отрывается перед выходными. Гуляешь, нарезая круги и беседуя с внуком, решившим пройтись рядышком, о жизни. Шагомер в телефоне протяжённость маршрута отсчитывает и калории списывает… Идиллия!
