Испуганный лось или дикая свинья – вовсе не обязательно секач, хватит и пары самок, у которых, конечно, клыки не те, что у матёрого самца, но ко встреченному не по времени и не в том месте человеку могут быть применены с эффективностью промышленной мясорубки, не самые лучшие собеседники в зимнем лесу. Да и в каком угодно. Так что радостные прогулки в дикой природе после боя курантов лучше оставить для лирических комедий. Там героиня вечно убредает в снежную муть, каким-то образом сочетающуюся со звёздным небом и ярко светящей луной. Пара-тройка облаков не возбраняется, но они должны по небу проноситься быстро, не заволакивая его мрачной обложной пеленой, а красиво оттеняя настроение. Среди тёмных стволов на белоснежном фоне её быстро находит герой и дальше они объясняются в своих чувствах, выжимая невольные слёзы у домохозяек среднего возраста, которым остро хочется, чтобы в их жизни тоже что-нибудь подобное было…
Впрочем, на снегу хороши и совсем уж комедийные персонажи, вроде знаменитой тройки Гайдая, непременно в традиционных для нашей средней полосы плотных верхних зимних одеждах, валенках, тёплых шапках и с вязаными шарфами. Комедии комедиями, а ангину никто не отменял. И ведь, что характерно, смотрят эти фильмы которое десятилетие подряд. Гайдая и Рязанова, Данелию и Меньшова, Мотыля и всех прочих, из золотого фонда отечественного кинематографа. Точно так же, как на эстраде в Новый год кумиры прошлых лет по-прежнему популярны. Где не «Дискотека 80-х», там «Дискотека 90-х». Одни только музыкальные критики и политики носы воротят, чего-то нового требуют. Что от политиков, которых по 30 лет из Думы никому выгнать не удаётся, звучит особенно забавно. Такие зайки! Массовики-затейники нашей ежедневной действительности…
Но не о них речь. Хотя бы в новогодние каникулы забыть об их существовании, что ли? Скоро православное Рождество, Крещение с непременным купанием в проруби (опять политики в объективы полезут), старый Новый год и прочая, чисто российская зимняя праздничная круговерть. Гулять так гулять! Это не Париж или Нью-Йорк, где сразу после католического Рождества ёлки, увернув в плёнку, на помойки выставляют. Надо встречаться с друзьями и роднёй (чёрт с ним, с коронавирусом), выпивать и закусывать, гулять с детьми и собаками, кататься на лыжах, санках и коньках… Жить надо! Влюбляться и жениться, ссориться и мириться, радоваться и грустить, вспоминать и надеяться на то, что дальше будет лучше. У нас это чертовски хорошо получается. Так и стоит продолжать, не закисая от новостей. Всё перемелется, мука будет!
Немного о житейских обычаях народов, представителей которых в современной России часто обзывают презрительными кличками, считая, что, если они приезжают в нашу страну вкалывать на тяжёлых и грязных работах, куда местные жители идут с неохотой, а то и вовсе не идут, поскольку, во-первых, они непрестижны, а во-вторых, платят там меньше, чем сильно уважающий себя, часто неизвестно за что, абориген готов получать за тот простой факт, что он появился на рабочем месте, не обязательно вовремя, и ещё неизвестно, что он в течение рабочего дня сделает, так это только потому, что приезжие, по мнению аборигенов, тупые и неразвитые. Ага. Тупые они? Чёрта с два! И тут речь не о пролетарском или каком угодно другом интернационализме, а просто о людях. Разных, как и все люди в этом мире, какого бы роду-племени, языка и веры они ни были.
Людей в мире много. Хитрых и простодушных, умных и глупых, работящих и ленивых, талантливых и бестолковых, злых и добрых, щедрых и жадных, лживых и честных, трусливых и отважных, подлых и благородных, низких и высочайших помыслов, развратных и верных, талантливых и таких, что хоть кол на голове теши… На кого натолкнёшься, по тому и будешь мерить всех прочих, из того социума, к которому они принадлежат. Обычное дело. Очень редко встречаются люди, способные видеть всё то, что скрыто в разных народах, хорошее и плохое. Ещё реже – понимать, откуда оно взялось. И уж совсем редко те, кто может стать для чужаков своим и сделать из них своих. Такие обычно становятся великими правителями или теми мудрецами, которые помогают им править. У каждого по-настоящему великого правителя такие люди в окружении есть.
