А вот Сальери-то, не то что Моцарт, — ого-го какой гулена. Ему какая-то Изора яд подарила в молодости. На, говорит, Антонио, мой тебе прощальный дар, не спорь, пригодится, музыку ты уже разъял как труп, слышала, поверил алгеброй гармонию, уверена — подарок при таком подходе понадобится. Что за подруги такие у с виду постного Сальери? Что это за криминальная богема в кружевах? В каких притонах Сальери резал "Мурку", прожигал годы, чтобы ему такие подгоны телки ставили? Чем он там промышлял, академик? Ой, девочки, не знаю, что Антоше подарить… Да что там думать?! — отвечают подружки. — Смело дари ему яду! Он, Антоша, такой у нас огневой!
Ну, это как встречаются два профессора. Один (вроде как бессмысленный гений) постоянно что-то делает, что-то там решает, смыслы выдает. И мы его считаем гулякой праздным, хоть он по телефону поминутно докладывает жабе своей старой, профессорше, где он, с кем и сколько. А второй седенький профессор смирно так с заточкой сидит. Ему заточку телка одна подарила на пересылке. И заточку этот профессор протирает, вспоминая аспирантские годы. У такого ещё и ледоруб, поди, имеется и портсигар золотой "Вяземскому от Батюшкова". И этот академик считается у нас тружеником, глубоким пахарем, страдальцем. Пусть заурядным, но усидчивым. Сидит такой, пахан-паханом, в руке у него наборная рукоять и говорит: да, ты, Моцарт, недостоин сам себя, ты, Моцарт, бог, и сам того не знаешь… Потом заточкой в столешницу снизу н-на! нн-нна! и заканчивает: я знаю, я, я, глядь, я!
Для окончательного понимания надо вспомнить, что дело это происходит в каком-то кабаке, в котором именно Сальери свой человек, а Моцарт в гости приходит.
Но вслед за Сальери, мы все по прежнему уверены, что Моцарт — это такой порхающий чуть ли не голубь с алкоголизмом, а Сальери — матерый проповедник.
Игорь Резников
Абсолютно всё в этой оценке притянуто за уши. Ничего подобного в "Моцарте и Сальери" Пушкина нет! Пусть автор этого отзыва укажет, где именно он это вычитал.
Жнец
Вы как-то слишком серьёзно прямо, это же развлекалово.
Игорь Резников
Я может быть, слишком пуританских взглядов. Поклонником Джона Шемякина не являюсь, допускаю, что это «развлекалово», как и многое в его творчестве. Беда, что на нашем сайте и вне его немало читателей принимает это за чистую монету. Это годится для студенческого капустника, а никак не для серьезной литературно-музыкальной дискуссии. Стиль самоуверенный, беспардонный, непозволительный по отношению к классике. И уж никак не соглашусь, что "Моцарт и "Сальери" — «развлекалово».
Жнец
Развлекалово — и "Маленькие трагедии" Пушкина, и "Истории дикого барина" Шемякина. И то и другое художественная литература. А вы что подумали?
Док
…вопрос к Жнецу…а, простите, Якова Перельмана «Занимательная арифметика», это тоже забава, или всё-таки нечто более глубокое…а какое место вами отводится литературе, в воспитании, становлении культуры, этики, морали и ментальности нации? — и вообще — что есть "не забава " в искусстве — квинтэссенции сути интеллектуально-нравственных, культурных достижений нации?
Игорь Резников
