— Что, напугался? — Поддразнивает Бродяга.
— А там, внутри, не сгорит всё? — Не обращая внимания на его издёвку спрашиваю.
— Эммм… Не должно. Там груза мало, всё на дне лежит. — Отвечает напарник.
— Может хватит уже?
— Ага, сейчас и закончим — Кислорода секунд на десять осталось.
И вправду — факел начинает опадать и спустя с десяток секунд пропадает вовсе.
— Ну всё, — торопит меня Бродяга, — открывай.
Пинаю крышку — она проминается, но не откидывается.
— Руками возьми, тормоз!
— Сдурел?! Горячо же!
— Ты в скафандре. Нет, я удивляюсь — как такие тупые индивиды вышли в космос?!
С опаской берусь за ручку на крышке люка конта. Тяну.
Крышка медленно и, если бы была атмосфера, со скрипом откидывается, открывая нутро конта.
Заглядываю внутрь, подсвечивая себе нашлемными фонариками.
— Ну, ну что там? Повернись, не видно же! — Наседает на меня Бродяга.
Мде… и ради этого я жизнью и кораблём рисковал?!
— А ты сам, — говорю ему, не поворачиваясь, — чего увидеть-то хочешь?
— Ну… да ну тебя, отойди уже!
Отхожу в сторону. Закурил бы — но увы, с воздухом проблемы.
— Чего стоишь? — Опять начинает шебуршиться напарник. — Доставай, не видно ж ничего.
Вытаскиваю из конта один из свёртков. Всего внутри я обнаружил пять каких-то предметов, плотно и тщательно замотанных в упаковочную плёнку, ну такую — с пузырьками, которые так прикольно лопать пальцами в свободное время. Увы — но кто-то их всех уже полопал, так что плёнка больше напоминала обвисшую ткань, которой кто-то с большим запасом небрежно обмотал содержимое.
— Вот же гады, — говорю Бродяге. — Все пузырьки полопали!
— Гы! Не тупи. Ты сам их и полопал.
— Я?!
— Ты-ты, когда конт разгерметизировал — давление — ёк, пузырьки — хлоп. Ясно. — Он вздыхает и гораздо тише, но не настолько что б я не услышал, бормочет: — Вот же бестолочь биологическая…
— Я ВСЁ слышал, — говорю ему в ответ. — Ты просканировать эти свёртки можешь?
— Угу. Сейчас, — в его интонациях сильно сквозит издёвкой, — только шнурки поглажу.
— Чего? — Не понимаю я. — Какие нахрен шнурки? У тебя же ног нет???
— Вот не надо напоминать, да?! А кто деньги решил сэкономить? Когда камеры выбирали, а? А ведь я просил — комплект камер со встроенным сканером. А ты что?
— Дорого. — Отвечаю. — И так в каждом отсеке по паре-тройке торчит.
— Ну, вот теперь сам и сканируй. — Он замолкает.
— Чем я по твоему сканировать буду? — Задумчиво отвечаю ему, продолжая вертеть в руках свёрток. — Сканером? Так…
— #@%*ром! Может отвалится в вакууме, глядишь ты и меньше будешь своими биологическими потребностями озабочен! Водить всяких перестанешь!
— Да ладно тебе, — отвечаю ему, продолжая рассматривать свёрток. Если вот тут потянуть, то можно будет вытащить край плёнки, а потом, как посмотрю что внутри, так же её аккуратно и заправить. — Всего-то пару раз приводил.
— А мне скучно было! Ты же камер в своей каюте не поставил. Вот чем вы там занимались, а?
— Стихи читали. — Отвечаю ему, аккуратно вытягивая загнутую плёнку. — Не лезь под руку.
Упаковочная плёнка отгибается, открывая моему взору какую-то не то коробку, не то шкатулку из полированного дерева. Медленно вытягиваю её из упаковки.
— Ну, что там?
Поворачиваю коробку к свету. Обычная деревянная шкатулка средних размеров. Тёмно-красное полированное дерево, по граням тонкий поясок жёлтого металла.
— Открывай давай! — Командует напарник. — Только повернись чуток, обзор с этого угла не очень.
Поворачиваюсь и открываю — на шкатулке нет ни замка, ни самой простой защёлки.
Внутри несколько бумаг и конверт.
Разворачиваю верхнюю. Хм… гербовая, Федерации и заголовок — опись подарков.
— Слышь, — говорю, — это подарки какие-то.
— Нам?
— Угу. Тебе лично.
— Да нууууу????
— Ага. Так и написано — первому дефектному АИ. Тебе, точно.
— Козёл! Читай, что там.
— Так… Портрет поясной — 1 шт., гарнитур с сапфирами — 1шт., зеркало ручное с жемчугом HBS 111-24 — 1 шт., отрез шёлка Popolis-7 — 52 м., корреспонденция и сопр. док. в шкатулке издонийского бука — 1 шт. Всего мест — 5. Печать… Федеральная. Подпись — Пер. Пом. Сен. Подпись… неразборчиво… Слышь, железка, мы походу дип конт приватизировали. Вышак светит.
Бродяга не обращает на меня никакого внимания:
— Что там ещё?
— Ээээ… — Копаюсь в бумагах — Ээээ… тех доки на все грузы — вес, состав и прочее. И конверт какой-то.
Верчу в руках конверт — обычный узкий конверт. Увы, запечатанный.
— Не вскрыть, заклеен. — Говорю напарнику.
— Жаль… интересно что там. — Он замолкает, но буквально через секунду оживает вновь. — А есть идея! Иди назад. Ну к тому трубопроводу, к охлаждению реактора. Я читал, что если подержать конверт под струёй пара, он откроется. Я так в кино видел.
— Сдурел? Я же не успею. У меня воздуха, — сверяюсь с показаниями датчика, — на пятнадцать минут осталось.
— У тебя запасной есть. В рубке.
— А как я в него перелезу? В вакууме? Лопну как лягушонок.
— Эххх… Я. Рубку. Загерметизировал. — Говорит он отделяя слова друг от друга. — Я вот о тебе подумал.
— В рубке шлюза нет. — Парирую я. — Открою дверь и весь воздух — фьють.
