— Моё! — он тут же задрал нос.
— Хорошо, ваше. Просто вы срываете сроки. А мне ещё надо с объектом ваших исследований разобраться. А тут вы с вашими ящиками. А у меня — план.
— То есть, вы не отберёте моё оборудование?
— Нет. Мне с объектом надо.
Он снова прервал меня.
— Хорошо. Я вас понял. Мы приложим все силы, что бы быстрее убраться отсюда. Но! Вы могли бы прислать солдат — что они без дела шляются. Вот, помогли бы нам, мы бы быстрее бы всё загрузили.
— Не шляются, а патрулируют. Кстати, профессор. У вас же есть план-график движения патрулей?
— Да, конечно. Вот. — Он активировал и протянул мне планшет.
— Так. — Я пробежал взглядом схему движения патрулей. После объявления тревоги они все были стянуты к тем двум уничтоженным башням, и было просто чудо, что я смог проскочить мимо них. Обратно тем же маршрутом пройти шансов не было.
— Вот. — Я вернул планшет профессору. — Вы же сами видите, свободных нет. Вы уж сами. Только поспешайте.
— Да я уже понял, — ворчливо ответил он, убирая планшет. — Помощи от вас никакой. Я могу идти?
— Идите. Хотя нет. Постойте. Объект всё ещё на месте?
— Да, куда она денется-то?
— Камера 320? — Наугад спросил я.
— Голубчик, — профессор снисходительно посмотрел на меня поверх очков. — Может хватит играть в эти игры?! Развели тут, понимаешь, секретность. В 710 она! В 710! Как сидела, так и сидит.
— Извините, — я виновато развёл руками. — Служба.
— Пфафф… Служба. Вот у нас да! Работа на благо человечества, а у вас! — Он повернулся и пошёл к своим рабочим, бурно и негодующе жестикулируя.
В корпус я зашёл потеснив его подчинённых, которые, образовав живую цепь, передавали небольшие, но тщательно упакованные ящики. Я прошёл шлюз и попал в общий коридор, проходящий через весь тюремный блок. У входа аккуратной пирамидкой громоздились коробки. Неловко повернувшись я зацепил их и несколько штук обрушилось на пол. На шум из соседнего закутка выскочил техник, с эмблемой Академии наук. Увидев учинённый мной беспорядок он по-бабьи всплеснул руками и приготовился обрушиться на меня с упрёками на мою неуклюжесть.
— Так! — я решил первым пойти в атаку. — Это что за баррр-дак! Кто позволил? А?! Молчать! Загромоздили проход! А если пожар? Что вы молчите?! Захламили пути эвакуации и молчите?! Вы хоть понимаете, что вы натворили?! Немедленно убрать! — Я замолчал, набирая в грудь воздуха и техник сумел вклиниться.
— Так приказано же. Ускорение для.
— Кем приказано? Кто позволил нарушать технику безопасности?
— Дежурный.
— Ах, дежурный? Где он? — Я подобрал из полуразрушенной пирамиды коробку и потряс ей перед лицом техника. — Я немедленно сниму его с дежурства! Это бардак! Это недопустимо! Где он?!
— Вот. По красной линии идите. — Он показал на красную линию на стене. Под ней, через каждые три или три с половиной метра, было написано — «Рубка дежурного».
Ещё раз встряхнув коробкой, в ней что-то звякнуло, я направился по указателю.
В рубке сидел, подперев щёку рукой, сонный рядовой. Увидев меня с коробкой он начал было подниматься, но я быстро приблизился к его столу и уронил на его поверхность злобно звякнувшую в очередной раз коробку.
— Это что? — Я навис над дежурным, уперевшись руками в стол.
— К-коробка.
— Гениально! — Я выпрямился и заложил руки за спину. — Вы дежурный?
— Так точно! — Он всё же встал и вытянулся по стойке смирно.
— Нет. Вы не дежурный. Я вас снимаю. С занесением!
— За что? — Он побледнел. Ещё бы — снятие с дежурства не самое приятное событие. А с занесением — вообще кошмар. Кто служил — те знают, хуже нет, когда вот так, припирается какой-то мутный тип, орёт и тебя снимают. Офицерам то что? Отбрешутся, а все шишки на него, рядового исполнителя.
— За что? Нет, вы послушайте — за что? — Я снова придвинулся к нему. — Бардак! Пути эвакуации захламлены! А если — пожар?
— Прошу простить, но вы кто? — он слишком быстро приходил в себя.
— Генеральный Инспектор. Вас разве не предупредили?
— Так точно! Но, — он замялся. — Вы же только там, ну — на орбите…
— Внезапная вводная. Ясно?
— Так точно! — Он снова принял стойку смирно.
— Почему бардак?
— Умник… ээээ… Учёные. Ведут эвакуацию оборудования!
— Я в курсе. Почему бардак?
— Не могу знать! Разрешите принять меры?
— Бегом, рядовой. Даю вам, — я сделал вид, что задумался. — Десять минут. Я тут подменю вас. Заодно и журналы проверю. Вы же ведёте учёт в журналах?
— Так точно! — Он рывком вытащил стопку стандартных журналов. — Разрешите исполнять?
Я милостиво кивнул.
— Рядовой… Исправите это безобразие, — я поморщился, будто съел что-то совсем неприятное.
— Забуду об этом. Десять минут. Бе-гом! — На втором слоге рядового уже не было в рубке.
