Вот я и сидел в баре попивая хорошее пиво, оно было одно — и для офицерского состава и для нас — рядовых. Пил, похрустывал сухариками — снимал стресс от прошедшего посещения короче, а, заодно и на экран пялился. А там как раз крутили очередное ток-шоу. Пышнотелая дама, возрастом близкая к той, откуда я только что поспешно ретировался, заумно рассуждала о нашем, Легионерском значит, психотипе. По её словам выходило что мы все кровавые маньяки-убийцы, живущие только одной мыслью — как бы по больше невинной крови пролить. Вот прямо так — утром встаём и сразу ножи точим. Офицеры наши — поголовно сексуальные маньяки и извращенцы, а Примарх… — тут она так выкатила глаза, что я подумал, что вот ещё чуть-чуть — и они покинут её лицо и зависнут на усиках — как у крабов или креветок. Общий смысл её бурного, во всех смыслах, спича, сводился к тому, что Легион — зло и его надо гнать, гнать и гнать — и с орбиты и с Системы и из Галактики. Оппонентом ей выступал некий бритый и сильно татуированный качок со взглядом маньяка-дебила на полставки. Эта личность не могла даже построить грамотную, да какую там грамотную — простейшую фразу, отделываясь односложныви возгласами типа «Бред!», «Враньё!» и «Дура», с последним я, впрочем был согласен. Данного типа, едва камера наплывала на него, представляли как бывшего Легионера, не упоминая ни номера его Легиона, ни годы его службы, ни — тем более операции где он мог бы принимать участие. Но информационная плашка всплывала регулярно, напоминая зрителям — кто этот тип. Но что самое неприятное — зал поддерживал тётку, сопровождая каждую её фразу аплодисментами и одобрительным гудением. Как реагировали на псевдо-Легионера говорить не буду. В конце концов этого дебила выгнали из зала под одобрительный свист публики и дама толкнула заключительную речь — что вот так надо поступить со всеми его сослуживцами.
Двух мнений быть не могло — козёл отпущения был выбран.
Я ни разу не спорю, что Легион это собрание тех ещё отморозков и убийц, и что большинство из них не пустят даже на Каторгу, серьёзно опасаясь за нравственный облик ЗК, но вот так топить своих союзников… В общем данные шоу лишний раз отлично показали мне, что политика это ещё более грязная вещь, чем наше занятие.
Всё хорошее быстро заканчивается — два бездельных дня пролетели как один миг и мы все были собраны на ангарной палубе нашего носителя для возобновления нашей службы.
— Что я могу вам сказать, орлы. — вещал наш лейтенант.
— Последняя операция, признанная успешной и полностью оплаченная, тем не менее вышла не совсем так, как бы нам хотелось. Скажу честно, — он решительно рубанул воздух ладонью:
— Мы своё отработали полностью. Но… — он поморщился:
— Политиканы наверху решили переменить карты. Возможно некоторые из вас смотрели местную, так сказать, анал-итику, — он выделил голосом первую часть слова и по строю прокатился не очень-то и сдерживаемый смешок.
— Да, именно так! Нас хотят сделать крайними в той бойне, которую мы организовали по просьбе больших шишек! Но! Наш Примарх тоже не паль…ээээ…умён и хитёр! Особенно, когда это касается спасения от петли ваших задниц. Хотя, лично я считаю, что кое-кому, точнее кое-кого спасать не следовало бы! Итак, жабоглоты! Слушать внимательно! Нас в Энске не было! Нас не было даже в его окрестностях!
— Кэп, — послышался голос кого-то на правом фланге, там всегда стояли ветераны:
— Не тяни. Где нас ещё не было?
— Где? В…… — невпопад рявкнул лейтенант, и строй, в его правой части взорвался хохотом:
— Там всё были. Особенно последние пару дней! Гы-гы-гы!
— Отставить! Сборище креветок!
Шум моментально затих — все, включая нубов, уже знали, что если он начинает упоминать морских гадов, то дело серьёзное, такое обращение было верным признаком его перехода в состояние великого гнева, и держаться от него в таком состоянии следовало по дальше. В идеале — вне корабля или даже местной Системы.
— Значит так. Операция на поверхности — была. Глупо её отрицать. Но! На южном островном архипелаге. Мы там охраняли гуманитарный конвой.
— Гумно…гамнотарный? — снова кто-то из ветеранов нарушил течение речи командира.
— 1-2-4! Заткнись! — рявкнул в ответ отец командир и строй моментально застыл как отлитый из гранита.
— Достали, дебилы! Для тупых — вы были на острове. Раздавали кашку местным. Доступно? Нет?! Пофиг. Просто вбейте в свои тупые подпорки для касок — Вы. Были. На. Острове! Жрачку местным раздавали! Дебилы!
— Прошу меня простить, господин лейтенант, — подал голос всё тот же 1-2-4.
— Дебилы кто? Местные?
— И они тоже! И ты! Всё! Ты меня достал! Отделения один, два и тяжи! Бегом проверять и готовить снарягу! Проверять буду лично…
Первые два отделения, включая стоявшие в хвосте шеренги тройки тяжёлого оружия буквально испарились, натурально телепортировавшись из ангара. За ними дёрнулись было и несколько нубов, но окрик лейтенанта заставил их вернуться в строй. И тональность этого окрика была, скажем так, настораживающая.
— Ну, что, дорогие мои крабики… — начал он обманчиво задушевным тоном.
