— Прибыв на планету мы развили активность по созданию Базы. И тут, когда она была готова на половину, мы получили Зов Матери. Я не могу тебе объяснить что это. Самое простое сравнение — послание, но не символами, я чистым знанием. Мы просто узнали, что Великая Мать желает перебраться на эту планету. Как ты можешь понять — желания Матери не обсуждаются. Базу мы достроили и она готова к приёму Матери, но! Нам было не на чем её доставить! Корабль, который ты называешь «Петрович» не мог осуществить эту миссию в силу своих малых размеров.
— А вот мой корвет — мог, — докончил за него фразу я.
— А вот твой Корвет — мог, — повторила мои слова запись.
— Или нечто подобное по размерам. — Рыж замолк и повернув ко мне глаз умоляюще протянул в мою сторону ещё две лапки. Теперь он стоял покачиваясь всего на двух лапках-ножках, напоминая мультяшного персонажа-монстрика. Смешного, неудачливого и безобидного.
— Посланник! Мы перебрали множество вариантов и никогда бы не покусились на твоё имущество, но сам посуди. Что бы было, если бы мы завладели чужим кораблём? Какой бы шум поднялся! Ваши информационные каналы и без того забиты рассуждениями о Чужих агрессивных расах. Ты представляешь — что бы началось, когда мы бы открыли себя?
— И поэтому вы решили угнать его у меня?
— Посланник, мы уверены, что ты поймёшь нас. Воля Матери должна быть исполнена! У нас не было другого выхода!
— Ну да, ну да…
— Поверь, Посланник, мы очень тщательно готовились ко встреча с тобой. Мы нашли для тебя достойный корабль…
Картинка сменилась — вместо шариков я увидел пейзаж неизвестной планеты.
Яркое, оранжевое светило освещало равнину, покрытую тёмно сиреневыми мхами. Глядя на них создавалось впечатление влажности, что это не мхи а губки, до краёв наполненные влагой. Над мхами медленно текли светло-зелёные струйки чего-то вроде тумана. Камера сдвинулась вправо и в кадр попал невысокий холм, острым углом, нарушающий общую плоскую гарионию поверхности.
Смена кадра.
По холму ползают разноцветные шарики. По мере их движения с поверхности холма то тут, то там отваливаются пласты мха, обнажая какую-то ржавую конструкцию.
Смена кадра.
На красноватой поверхности планеты лежит донельзя проржавевший корабль. Насквозь проржавевший — в носовой части зияют рваные, сквозные, дыры. Я с большим трудом опознаю в этом уснувшем ветеране Питона. Узнаю — исключительно благодаря тому, что он лежит боком, наклонившись и показывая мне весь свой корпус. Характерные очертания перепутать сложно — это Питон.
Смена кадра.
Питон уже стоит на штатных опорах и по его корпусу, на котором кое где уже сверкает новенькая броня, суетятся шарики. Сверкают огни сварки, летят искры, курится дымок.
— Мы полностью восстановили все конструкции. Опасаясь разгневать тебя, Посланник, мы решили оставить всё как было, хотя он, — появившийся поверх картинки Рыж лапкой указал на Зола.
— И настаивал, что бы мы укрепили и облегчили конструкцию. Но я запретил! Мы так же не стали модифицировать модули реактора и прыжка — по тем же опасениям.
— Идиоты…
— Ты можешь быть уверен — этот корабль точно соответствует всем стандартам вашей расы.
— А я, а я! — вырвался вперёд Зол.
— Я был против стандартов! Только… — договорить ему не удалось, Рыж, лёгким, практически отеческим шлепком, выбил его за край экрана.
— Прости его, Посланник. Молодой он. — сделав короткий поклон Рыжик продолжил. Было видно что он гордится проделанной работой.
— Мы даже восстановили первоначальный окрас твоего нового корабля!
Снова смена картинки.
Посреди всё той же каменной равнины стоит Питон. Но сейчас он ярко красного цвета с хаотичными чёрными и какими-то рваными полосами. Камера начинает облетать его по кругу и я вижу грубо намалёванный широкими мазками белой краски, череп. Слева, намного не доходя кормы.
— Мы тщательно восстановили цветовую форму твоего корабля, понимая, насколько она для вас важна.
Камера продолжает облёт и я замечаю выполненную тонкой, изящной вязью надпись — на сей раз — справа, у самого носа.
«La Jamais Contente»
Хм…вроде это значит — всегда недовольная?
Что это, кому могло прийти в голову так назвать свой корабль?! И череп этот…
— Мы решили оставить эту надпись считая, что она наилучшим образом будет соответствовать твоему психологическому портрету.
— Угу, козлы круглые, будет! И…Пинок вам будет — при встрече!
— Мы выяснили, кто был последним обладателем этого корабля, — продолжает меж тем Рыж.
— Оказывается, это была очень известная личность.
— Кто?
— Но я не буду лишать тебя удовольствия самому узнать это. Найти верное решение или ответ самому — это же так приятно! Не благодари, это ничто по сравнению с твоей помощью нам.
— Гады!
— И, зная как строги в вашем обществе законы обладания вещами, я сообщаю тебе, что прежний владелец не будет претендовать на твой корабль.
Камера прекращает нарезать круги вокруг корабля и движется влево, быстро опускаясь к мшистой поверхности.
Там, между двух, подозрительно квадратных возвышений — мох, покрывающий их не может скрыть ровных и прямоугольных форм, лежит кучка хлама.
