— Отставить. — с явным сожалением произнёс Папа Зю.
— Ну зачем тебе желание? Не стоит мучительно оттягивать свой конец.
Мальчики дружно заржали, радуясь простой и двусмысленной шутке.
— Традиции.
— Ну, раз традиции, то давай. Говори.
Чёрт…что же придумать? Жить то — охота… Закурить? Не. Выпить? Эт всё только оттянет конец. Мой конец. Чёрт. Дурацкая шутка. Попросить не расстреливать? Отработать? Нет. Ограбление Папы — вещь серьёзная. И чего я попёрся к Лизе…уж лучше б сам застрелился… Стоп.
Стоп. Стоп. Стоп.
Револьвер. Мой. Помнится продавец мне, когда его расхваливал прикол рассказал. Древний. Самое время проверить.
— Папа! — я отклеился от стены.
— Русская рулетка.
— Ты хочешь застрелиться? Мило… Сэкономим на патронах.
— Из своего револьвера. Вон он, — я указал рукой на охранника, за поясом которого торчал мой револьвер.
— Хм… — Папа вытащил пистолет и внимательно его осмотрел ища возможный подвох.
— Хм… — повторил он, откинул барабан, и вытащил один патрон.
— Если ты хочешь…надеешься нас перестрелять, то я бы не советовал. Мы в любом случае реснемся на Станции, а вот тебе я не смогу гарантировать лёгкую смерть.
— Уговор, Папа, — я проигнорировал его слова.
— Если осечка — ты снимаешь с меня все обвинения.
— Это твоя просьба? Последнее желание?
Я быстро прикинул.
— Если я выживаю, ты снимаешь с меня все претензии и ограничения по перемещению в этой системе.
— Идёт! — Папа защёлкнул барабан и протянул револьвер мне.
Я принял его и, взведя курок, с силой крутанул барабан. Он, с весёлым пощёлкиванием, быстро закрутился на хорошо смазанной оси.
Щёлк-щёлк-щёлк — все заворожено следили за его вращением.
Щёлк…щёлк……щёлк — паузы между щелчками становились больше и больше и, наконец щёлкнув в последний раз, он остановился.
Я глубоко вздохнул.
Не могу сказать, что я был спокоен. Вся моя надежда заключалась в байке продавца. Наврал он или нет?
Я поднёс ствол к сердцу и жесткий ствол ощутимо впился в рёбра.
Всё…тянуть дальше смысла нет.
— Ааарррррххххх…!!!! — я заорал и нажал на спуск.
Щёлк.
Ударник ударил по пустоте. Ноги тут же подкосились и я плюхнулся на пол, на колени, с трудом успев выставить свободную руку, что бы совсем не растянуться на полу. Руки с револьвером я не ощущал. Совсем — будто её у меня никогда и не было.
— Везунчик. — надо мной наклонился Папа и вывернул пистолет из ослабевших пальцев. Его слова я слышал приглушённо, как если бы мою голову обернули толстым слоем ваты.
— Действительно повезло. — что-то щёлкнуло, наверное он откинул барабан.
— А ты везучий, парниша.
Я откинулся назад и уселся, упершись спиной в стенку и вытянув ноги. Голова кружилась и меня всего трясло крупной дрожью. Всё вокруг как-то посерело, утратило краски и затихло.
— Папа Зю держит своё слово! — он присел на корточки напротив.
— Держи. — рукоять револьвера ткнулась в мою ладонь и я неловко, всей ладонью, сжал её.
— Пошли, ребята. — Папа Зю встал, демонстративно теряя ко мне всякий интерес.
Мимо прогрохотали подошвами высоких шнурованных ботинок его мальчики и наступила тишина. Ненадолго.
— Ты как? — надо мной склонилась Лиза и я промычал что-то невнятное.
— Пойдём, — она потянула меня за рукав вверх.
В её лаборатории я первым делом плюхнулся в ближайшее кресло и замер, всё ещё пребывая в оцепенении. Чувства, ощущения возвращались, вот только похоже возвращались они очень издалека и всё вокруг я продолжал воспринимать как-то отстранённо, дистанцированно.
— Выпей. — мне в руку ткнулась холодная металлическая кружка и я механически отпил из неё.
Напиток холодным пламенем обжог рот и я с трудом проглотил его, борясь с желанием выплюнуть всю содержимое.
— Что это?
— Так. Тоник. Инженерный. — она отобрала кружку и допила остатки.
— Мозги хорошо прочищает.
Да уж… Находящиеся в отдалении чувства резким рывком приблизились и заняли свои штатные места. В окружающем пейзаже появились краски и прорезались звуки.
— Хорошо, действительно — прочищает.
— Ты как на подобное решился?
— Револьвер. — я протянул его ей.
— Мне продавец байку рассказал про него. Я хотел сначала стандартный, магазинный ствол взять, но он этот впаривал.
— И что за байка?
— Смотри. — я отщёлкнул магазин.
— Видишь — он на пять патронов.
— Мало что-то.
— Я тоже самое сказал. А он тогда… — удерживая пистолет горизонтально, я крутанул барабан. Он завращался, стал замедляться и последние несколько кругов сделал как-то неуверенно, закончив свой бег пустым гнездом сверху.
— Видишь? Оно пустое, лёгче остальных. И Тод ещё доработал. По идее я ни чем не рисковал.
— А если бы заело?
— Тогда бы мы сейчас не разговаривали бы.
Мы немного помолчали, каждый по своему осознавая произошедшее.
— А ты рисковый. — нарушила молчание Лиза.
— Не я, жизнь такая. Вот. — я протянул ей планшет со списком деталей.
— Ракетницы улучшить из этого хлама сможешь?
Ещё немного тишины — Лиза внимательно изучала список.
— Могу увеличить боекомплект, — неуверенно проговорила она.
— Не всё есть, но у меня тоже кое-какие запасы имеются.
— Хорошо. — я вытянул ноги и прикрыл глаза, пытаясь расслабиться.
— Я здесь побуду, подремлю малость, ладно?
— Конечно. — она встала.
