— Со стволом. Разряженным. А холодные — с пулевыми. Сами себя, да?
— Эээ…шериф, — начал было я, но мен прервал бармен.
— Ты, парень присядь, вон туда. — он показал на столик около двери. Я вопросительно посмотрел на шерифа и тот кивнул, делая вид, что сосредоточен разглядыванием пузырьков в кружке.
— Я свидетель! Я всё видел! — из за стола, стоявшего через один от столика мажоров поднялся седой и полный мужик с короткой бородой.
— Грег?
— Куда ты лезешь, сядь! — окликнуло его сразу несколько голосов, но Грег только отмахнулся.
— Значит так, шериф, — неторопливо начал он.
— Эти, значит, сидели, пили и ко всем приставали. Как обычно, значит. В какой-то момент, время я не засекал, ты уж не взыщи, — он виновато развёл руками.
— К ним подошёл мужик. Не из наших.
— Как он выглядел? Приметы? — прищурился шериф, доставая планшет.
— Ну… — Грег внимательно посмотрел на меня.
— Невысокий, лет так за шестьдесят. Лысый.
Я взлохматил волосы пятернёй.
— А, вот ещё. Шрам у него был. Через левый глаз. От лба, значит от самой брови и через глаз и до верха щеки. Прямой такой, значит.
— Во что одет был?
— Ну… — Грег и все присутствующие в баре внимательно изучили мой рабочий комбез.
— В коже он был.
— В чём?!
— Штаны кожаные, куртка тож кожаная. Коричневое всё. С заклёпками, значит. Я, шериф, ещё подумал — эвон он металлом обвесился, фанат железа, прямо.
— Металлист?
— Да я почём знаю. Развелось их… Вот в мою молодость совсем мы другие были. Я вот помню. Значит идём…
— Ясно! — шериф прервал его воспоминания взмахом руки.
— Кто ещё может помочь следствию? Напоминаю — тут, — он показал рукой на стол.
— Пять трупов. Кто ещё видел подозреваемого?
— Шериф, — окликнул его Вилли.
— Дер Хольц всё верно описал. Так тот тип и выглядел.
— Точно?
— Да.
— В точку!
— Старина Хольц не соврёт, у него глаз…Ух! — послышались выкрики с мест.
— Ладно. — шериф убрал планшет.
— Объявим в розыск. Если со Станции ещё не удрал. Все свободны! Ну, в смысле — возвращайтесь к своим делам.
Народ снова уткнул носы в кружки. На меня показательно не обращали внимания.
— Эээ…шериф? — я поднял руку.
— Чего тебе? — не ласково буркнул он.
— Не видишь, занят я. Коронер где-то шляется. Мне что ли эту грязь убирать?!
— Шериф, ну так я пойду?
— Угу. Только за пиво заплатить не забудь.
Я направился к стойке, но бармен отрицательно махнул ладонью — мол не надо.
— Гостеприимный у нас народ, да? — шериф проследил за барменом.
Я кивнул.
— Ладно, пилот. Вопросов к тебе не имею. Лети по своим делам.
— Спасибо! — я направился к двери, и, почти подойдя к ней, обернулся.
— Шериф?
— Ну чего тебе?!
Я молча указал ему на пояс.
— Что? — он опустил взгляд.
— Ах да! Извини. — он вытащил из за пояса револьвер и откинул барабан, вытрясая пустые гильзы в ладонь.
— У нас на Станции не приветствуется хождение с заряженным оружием. Вы. Это. Понимаете?
— Да.
Он молча ссыпал стрелянные гильзы в утилизатор и тот зажужжал, распыляя их на молекулы.
— А за оружием, молодой человек, — он защёлкнул барабан на место.
— Следить надо. Тем более за таким редким. Делаю Вам устное замечание как старший товарищ. Держите. — шериф протянул мне пистолет и я сунул его в кобуру.
Меня взяли на пороге ангара.
Проходящая мимо компания охранников — я решил, что они возвращались с дежурства, занимала практически весь коридор и я прижался к стене, пропуская их.
В следующий момент внезапный удар в диафрагму заставил меня сложиться вдвое. Сильные руки подхватили мою скрюченную тушку и коротким броском зашвырнули в открывшийся в противоположной стене люк.
С минуту я, кувыркаясь и набивая шишки, летел вниз, пока не вывалился прямо в объятья поджидавшей меня другой группы охранников. Эти бить не стали — просто выкрутили руки, отчего я согнулся ниже прежнего, и быстрой трусцой куда-то повлекли меня. Забег был коротким — передо мной распахнулся люк и сильный, но вполне корректный пинок отправил меня внутрь небольшого помещения. Всё это действо прошло в полной тишине, нарушаемой только моим сдавленным хрипом и топотом тяжёлых ботинок охраны по полу.
С пару минут я просто лежал на холодном металлическом полу восстанавливая дыхание и наслаждаясь покоем. Более-менее придя в себя я сел.
— Добрый день, хотя, как я догадываюсь, для вас, мой друг он не очень то и добрый? — послышался мужской голос и я повернул голову. В камере из мебели были только две койки — толстые пластины металла, надёжно приваренные к стене. На одной из них сидел мужчина средних лет, в очках тонкой оправы и с зачёсанными назад волосами.
Кряхтя я встал и уселся напротив — на свободную пластину.
— И вам того же, уважаемый. — я осмотрелся. Дверь, пара стен и глухая стена с углублением сортира напротив двери — этим обстановка внутри и ограничивалась.
— Вас за что сюда направили? — поинтересовался мужчина.
— Не знаю.
— Хм… И вы, безусловно, не виновны?
Я пожал плечами.
— Шёл себе в ангар, накинулись и, собственно, всё. Я вольный пилот, честно!
— Да не горячитесь, вы, молодой человек. Может вас с кем то перепутали?
Я снова пожал плечами.
— А Вас за что? — спросил я только для того, что бы поддержать разговор.
