Сканирование показало несколько неприятную для пилота транспорта и приятную для Патруля картину — транспорт был под завязку забит контрабандой. Немного — десяток тонн элитного алкоголя, столько же различных деликатесов, золотые, ручной сборки сигары с LTT 43 704 02, оружие, броня и даже с десяток живых существ — то ли рабы то ли танцовщицы — Урфину было лень копаться. Он был зол — теперь вместо того что бы вернуться в ангар и насладиться кружечкой ароматного напитка и сигаретой он должен был конвоировать транспорт к Станции. Но это было не самое страшное — после конвоя ему светило следующие несколько часов писать отчёты и о том коротком бое и об обнаружении контрабанды, потом присутствовать при выгрузке нелегальных товаров и при…… Так что обычно — при подобной ситуации, они просто отгоняли бандитов, убеждались что с транспортом всё в порядке, и возвращались на Станцию, отметив произошедшее как ложный вызов. А что? Всем хорошо — и им, и руководству — показатели по криминальной обстановке они регулярно докладывали наверх.
— Твою же мать! — на самом деле Урфин высказался по крепче, — Да как же вы все меня задолбали! Я ж задолбаюсь отчёты рисовать…ну мля…
— Ком, — проявился на связи Вольдемар, — А давай грохнем его и все дела. Кто проверять то полезет?
Идея была здравая, но в этот момент на их канал влез пилот Семёрки.
— Эй-эй…мужики. Вы чего?
Урфин вздрогнул — как это пилот транспортника мог выйти на их канал, но оглядев панель связи чуть не дал себе по лбу — он всё это время был на открытой волне, забыл отключить после разговора с пиратами.
— Да валим его и назад, — продолжал настаивать Вольдемар и Урфин был готов уже с ним согласиться.
— Стойте! Не надо! Я…я откуплюсь! — чуть ли не визжал пилот транспортника.
— Патруль купить хочешь? Ну-ну! Оружие — в боевое, цель… — начал было ком звена, но его прервал вызов от Пуффа. Удостоверившись что в этот раз он таки перешёл на закрытый канал, Урфин спросил:
— Ну, чего?
— Отпусти его.
— С какой такой радости?
— Мыслишка у меня есть. Забирай ребят и возвращайся. Я тут……ну подзадержусь малость.
— Ну как скажешь. Народ, курс на станцию.
И четвёрка патрульных скрылась в сверхскоростном режиме.
После окончания дежурства их лидер и вдохновитель собрал всех и предложил подумать о работе…ну на сторону. Особой дискуссии и не было — всё друг друга знали уже давно и привыкли доверять своим напарникам.
Новая жизнь совсем немного изменила их уклад. Теперь они иногда отклонялись от курса при патрулировании или чуть-чуть, но опаздывали с прибытием в точку, откуда приходил истошный вопль о помощи. Совсем немного отклониться от курса или задержаться у Станции при формировании походного ордера — это же так просто. И за подобную простоту им капали денюжки. Не то что бы большие, но на фоне очередного урезания фондов Патруля — вполне себе достойные. В те годы в Патруле ещё действовало правило Ротации и за время контракта слётанные звенья зачастую меняли по две-три станции за время контракта. Состав Патруля на Станции — эскадрильи, вне зависимости от места его действия, был стандартен — три звена на Станцию. По традиции Первое звено, командирское, всегда отличалось лучшими машинами и обвесом. Второе набирали из местных, и не подвергали ротации в силу известных послаблений, ну а третье — из вновь прибывших по ротации. При этом когда подходил срок Первому менять Станцию — Третье занимало его место. Вот таким образом пятёрка друзей и оказалась на очередной Станции где-то на бывшей Периферии.
Быстро установили связи с местным теневым рынком — эти дельцы тоже получили соответствующую информацию касательно прибывающих, и жизнь закрутилась по привычной колее. По началу — первый год всё шло ровно, но потом комэск начал что-то подозревать. Уж больно расходы этой пятёрки отличались — в сторону превышения, от их официальных доходов.
Несколько проведённых им самолично проверок, на предмет контрабанды, результата не дал. Но и не успокоил его. Он — комэск, вообще был из разряда старых служак, прочно сдвинутый на дисциплине. Про него шутили что он и спит только по стойке смирно.
Над его проверками в звене только посмеивались — система получения «благодарностей» была отработана и не давала сбоев. А продолжающаяся, шикарная — с точки зрения комэска, жизнь крайне бесила последнего. Дошло до того, что он начал анализировать даже их маршруты патрулирования и не найдя там ничего предосудительного, или выходящего за рамки Устава, он решил лично — в составе своего звена, проверить несение службы.
На его удачу в том патруле мужики сопровождали и прикрывали несколько грузовозов с полными трюмами раритетных напитков.
