— Здравствуйте, не знаю, простите, как мне правильно к Вам обращаться — «Ваше Превосходительство» или «Ваше Величество»? — он совершенно не был обескуражен приездом такой представительной делегации и воспринял ситуацию, как один из рабочих моментов: кран, там, поломался, работяги на смену с похмела вышли, президент припёрся.
— Меня зовут Максим Евгеньевич, думаю, этого достаточно.
— И чему обязан радостью Вас видеть?
— В химическом производстве я нифига не понимаю, а в стройке немножко шарю, захотел глянуть на Ваши успехи.
— Да какие тут успехи? Всё по плану. В том числе и по календарному пока. Щас, минуту. Володя! — окрикнул он пробегавшего мимо рабочего, — скажи этим дебилам, что лазер отклонение даёт, а шнур — нет. Если потом труба не войдёт, переделывать за свои деньги будут. Извините, — он снова повернулся к нам, — мы тут работу работаем.
— А прорабов Вы разогнали?
— Пусть на улице контролируют, там сейчас самое важное, а я в такую жару туда только по утрам и вечерам выхожу. Оборудование хочу начать монтировать в начале сентября, с наладкой и подсоединением к Новому году должны управиться. Если смежники с трубой не подведут, думаю, в середине января пришлю Вам первый мешок селитры.
— Владимир Егорович, обеспечьте, пожалуйста, нашего директора прямой связью с руководством аммиачного завода. Им друг с другом общаться важнее, чем с нами.
— Вот за это спасибо, — Мартынов даже улыбнулся, — у меня до них руки пока не доходили, но скоро придётся разговаривать.
— Вот видите, не зря приезжали. Сауну с девками и пьянку организовывать не нужно, я, что хотел, увидел. Мне понравилось.
— Рады стараться! — прокричал старик и вытянулся во фрунт.
— Перестаньте, сами понимаете, насколько Ваш комбинат важен. И мы не из простого любопытства Вас от дела отвлекаем.
— Да вы не сильно и отвлекаете, за что отдельное спасибо. Не волнуйтесь, справляемся.
— Ну и хорошо. Провожать нас не нужно, занимайтесь. Жду мешок селитры.
В этом году решили сделать присутствие президента на Дне рыбака зримым и ощутимым. К месту проведения меня привезли заранее, чтобы не создавать лишней толчеи там, где и так будет не протолкнуться. По одной рыбке нам с женой поймать удалось, поэтому от купания к огромному сожалению главы магистрата мы были избавлены и, когда все хохотали над бедолагами, которых сталкивали в воду, Ирина вдруг тихонько взвизгнула и подскочила. Через секунду рядом с нами стоял Вася, держа в охапке мальчонку лет четырёх с пустым ведёрком. Маленькому засранцу удалось как-то пролезть под временную трибуну, на которой мы находились, и окатить спину первой леди водой. Он верещал и колотил начальника личной гвардии ножонками, а у того был совершенно глупый вид, потому что, с одной стороны он прохлопал угрозу, а с другой — ему было некого не то, что пристрелить на месте, а даже сдать Загорину. Вот с этим видом его и сфотографировали дежурившие возле трибуны репортёры. Самый удачный снимок уже через пару минут появился на тех самых экранах вдоль Набережной и разлетелся по интернету. Вторым кадром дня была фотография хохочущей Ирины.
— Обратно в сержанты я тебя разжаловать не буду, — объявил я Юрику уже в вертолёте по окончании мероприятия, — но теперь ищи себе накладную бороду и подлиннее. Иначе мы перестанем брать тебя с собой в город. Твоя морда теперь гораздо известнее моей, нас спалят в первом же кабаке.
— Евгенич, я до сих пор в шоке, как он пролез. А вдруг террорист? А если бы ему поручили бомбу какую пронести? У меня сегодня такая раздача люлей на вечер намечается, шо вы меня, наверное, до завтра не увидите.
Нас отвезли в один из новых, построенных турками, пансионатов на берегу. Интересно, когда готовился проект, кому пришло в голову обустроить неподалёку вертолётную площадку? Тому же, кому и президентский номер? Егорыч уверяет, что мы тут в подарок, за счёт заведения. Но я точно знаю, что этот номер ещё ни разу не был занят президентом. А теперь хозяева смогут объяснить, почему он так называется и столько стоит. То есть работать в рекламе я уже начал, а люди пусть зарабатывают. За такую светлую мысль я могу им даже гвоздём на полировке автограф оставить: «Здесь был Макс». Номер и правда был шикарным, с собственной террасой и бассейном на балконе. И всё это — на двадцать третьем этаже здания с прозрачной крышей. Лежишь в кровати или отмокаешь в бассейне, а над тобой — звёздное небо. Я глянул вниз, там при свете фонарей на дорожке вдоль моря стояла в упоре лёжа моя личная гвардия, а между парнями ходил Вася, периодически навешивая с ноги то одному, то другому. Сзади неслышно подошла Ирина, обвила мою шею руками и, проследив за направлением моего взгляда, поинтересовалась:
— Вечерняя прогулка?
— Скорее, комплекс упражнений, но что вечерний — точно.
— А пойдём к морю? Бассейн тут классный, но я могу и в Стóлице в бассейне поплавать, а на море мы уже почти два года не были.
— Конечно, пойдём. Заодно Вася отдохнёт немного от истязаний. У него же тут аквалангистов нет, придётся всю эту банду на берегу строить, чтобы они за нами присматривали.
