Днем 15 мая к месту переправы были высланы четвертая и шестая роты первого батальона, а на следующий день туда ушли еще две роты… Руководство по постройке моста взял на себя Ковпак. Надо было все это проделать так, чтобы противник не обнаружил места подготовки переправы. Приходилось разбирать сарай и перевозить в лес ночью, а днем, маскируясь, связывать секции-плоты для наплавного моста.
В то время, как Ковпак готовил переправу, Руднев руководил боем. Весь день 16 мая второй и третий батальоны отбивали яростные атаки врага из Юревичей и Ллексичей. Для того чтобы выиграть время, Руднев решил занять прочную оборону в районе Тульговичей и дать решительный отпор врагу. Туда он и направился к исходу дня, взяв с собою Войцеховича, которому предстояло разработать план обороны, Вершигору, командиров батальонов и командира артиллерийской батареи.
Большое село Тульговичи расположено в полутора километрах восточнее Припяти, по обе стороны речушки Вить. С севера и северо-запада к населенному пункту подходило ровное поле, а в километре виднелась роща. В двух километрах восточнее – заболоченный лес. Учитывая условия местности, Руднев пришел к заключению, что лучшего места для обороны не подберешь.
Всю ночь партизаны второго и третьего батальонов без передышки зарывались в землю. Зато к утру следующего дня были готовы две линии окопов. В практике партизанской борьбы нашего соединения это был первый случай, когда мы строили такую оборону, с окопами полного профиля и ходами сообщения. Первая линия окопов проходила чуть севернее села, а вторая непосредственно через Тульговичи и по южному берегу Вити. Правый фланг упирался в заболоченный лес, а левый – в Припять.
Роты четвертого батальона располагались отдельными заставами в лесу.
Артиллерийскую батарею поставили на огневые позиции на опушке леса юго-восточнее Тульговичей, с задачей – держать под обстрелом дороги, подходящие к селу с севера и северо-запада. Артиллерийские наблюдатели расположились с командирами батальонов и с батареей имели телефонную связь.
Обоз укрылся в лесу южнее Тульговичей.
Правее наших батальонов заняли оборону отряды соединения Михаила Ивановича Наумова, которые незадолго перед этим возвратились из рейда по степным областям Украины.
Одним из кавалерийских отрядов в этом соединении командовал Анатолий Иванович Инчин, с которым в прошлом году я шел из Брянского леса на Сумщину, Радостной была наша встреча после длительной разлуки.
Анатолий ничуть не изменился, только кепку заменил черной барашковой кубанкой с красной лентой. Вместо гражданского костюма на нем китель с накладными карманами, перепоясанный кавалерийским снаряжением. На груди орден Красной Звезды…
Нас радовало соседство такого боевого соединения.
Таким образом, большак из Мозыря через Юревичи, Ломыш на Тульговичи был перекрыт. А о том, что именно здесь немцы будут наносить главный удар, говорили сосредоточение войск и действия на этом участке танкового полка… От того, удержат ли батальоны занимаемый рубеж, зависела судьба переправы. В свою очередь, от того, успеет ли Ковпак подготовить переправу через Припять, зависела судьба всего соединения. Трудно было определить, какой участок важнее - оба были главные.
Ровно в семь часов утра 17 мая после короткой артиллерийской подготовки пехота и танки противника перешли в наступление сразу с трех направлений. Не встречая сопротивления, они шли, уверенные в победе. Но, когда вражеские цепи приблизились к первой линии обороны метров на двести, партизаны обрушили на них всю силу артиллерийского и стрелкового огня. Немецкие цепи таяли на глазах. Застыли на месте два танка. Гитлеровцы не выдержали и повернули назад. Поле было усеяно множеством трупов.
Первая атака была отбита. Однако мы знали, противник имел превосходство в личном составе и вооружении и не мог мириться с поражением. Атака вскоре повторилась. На этот раз гитлеровцы наступали по всем правилам: короткими перебежками и переползанием. Пехоту и танки поддерживали артиллерия и минометы. Бой с каждой минутой накалялся. Из батальонов начали поступать тревожные донесения. Противнику удалось приблизиться почти вплотную к обороне, а на участке второго батальона дошло до рукопашной схватки. Один немецкий танк устремился к селу, он уже был на расстоянии броска гранаты от окопов, но в этот момент бронебойщикам третьего батальона удалось его поджечь. Не устояли немцы и в рукопашном бою, кинулись наутек.
– Разрешите преследовать, — надрываясь кричал в телефонную трубку Кульбака.
– Не сметь! Стоять на месте! — приказал Руднев. Он опасался, что противник бросит в бой резервы, отобьет нашу контратаку и на плечах отступающих партизан ворвется в оборону.
Опасения комиссара были справедливы…
