- Гррррррррр!!!!!! - От мощного раскатистого баритона мелко задрожала земля. - Ты что это, свет тебя побери, удумал?!
- Да как ты смеешь, варвар, на меня рычать! - Раздавшийся писклявый голос монаха с трудом походил на гремевшую минуту назад молитву. - Разве ты не слышал особый указ императора, направленный на борьбу с просочившимися в нашу святую землю нежитью и исчадиями ада. Или может ты заодно с этим поганым мертвецом, что тайком натаскал сюда могильной земли?!
Поначалу опешивший и растерявшейся монах уже успел вспомнить о том, что он все же человек почтенный и наделенный власть, а значит и не к лицу ему дрожать перед каким-то зарвавшимся орком.
- Божий человек, ты бы шел отсюда пока ноги целы. Не доводи до греха, батюшка. - А ведь и правда, так с нашим Хмырем могут разговаривать только люди весьма глупые или стремящиеся поскорее отправится на тот свет. - Я ведь сержант гвардии императора, хоть и в отставке, и устав все еще помню. А в нем прописано, что "...всяк кто хулу на светлого императора нашего возводить будет, обязан гвардейцем быть бить нещадно...". Так что же получается, что ты, свет тебя побери, думаешь, что наш правитель дурак, коль своего солдата поставил за редакцией приглядывать, а тот и не досмотрел?
Замерев и стараясь не шевелится, я ждал, жадно прислушиваясь острым слухом, профессионального репортёра, что же ответит на это монах, но услышал лишь кашель и быстрые шаги, а затем что-то тяжелое плюхнулось на землю и усталый голос произнес:
- Вылазь, болезный. Ушел твой Серафим Пучезарный, ангел его задери на ели. О пля, да я поэт Грых его за ногу. - Хмырь сидел на надгробии и курил свою грибную самокрутку. Клубы сизого дыма вырывались из свернутого набок носа, делая его похожим на миниатюрного рассерженного дракона.
- Ты бы бросал курить эту дрянь, а то кончишь как я. - Авторитетно заявил я, присаживаясь рядом.
- А здорове кончать и не в масть. И потом, НЕ ДОЖДЁШЬСЯ здоровее сдохну! - Хохотнул орк, аккуратно хлопая меня по спине. - Ты бы лучше сам сваливал отсюда, пока этот боголюб с дружками не вернулся. Я ж вижу, как тебя от его травки коробит!
- Это скорее меня от твоей самокрутки скрутило! - Не остался в долгу я, с хрустом вправляя выбитые позвонки. - Да и куда я подамся? Сам понимаешь, что теперь из меня путешественник не очень - пара недель без могилки и можно будет на сувениры разбирать. Хотя вряд ли кто на такую вонь польстится...
Мой зеленокожий друг с ухмылкой смотрел на меня с минуту, попыхивая своим дурманом, а затем коротко бросил:
- Ты реально дурак или просто молитвами последние мозги растопило?
- Чего?
- Видимо и правда капитально тебя монах укатал. - Веско заключил орк. - Давай собирай вещички и вали в командировку на Западное Побережье, к своим некромантам поближе. Сидит тут на жопе, корешки из ануса пускает, строчит про них статейки по донесениям наших корреспондентов да гуляющих по столицам слухов, а мозгов самому собраться и к повелителям мертвых отправится слабо?
- И как я по твоему доберусь туда? Даже если меня по дороге простые прохожие не изрубят, так инквизиторские заставы в Свете к демонам упокоят.
- Слышь, это ты своему ядрёному светом преподобному надзирателю можешь рассказывать про то, какой ты сирый и убогий, а мне можешь не заливать - я и так знаю, вашего брата, и как ты шастаешь ночами по кабакам и подворотням, прикидываясь пьяным нищим или вернувшимся из похода моряком. Так что ноги в зубы и марш собирать котомку. Я пока к старшему загляну да выбью для тебя направление в пустыни Каратоса. Выйдешь на южный тракт, а там уж сам разберешься, как к некромантам на запад пробраться, не мне тебя учить подпольному делу и маскировке.
Через час, распрощавшись с редакцией и облачившись в дорожный комплект паломника, я уже брел по пыльной дороге южного тракта, гулко стуча дубовым посохом и приглядываясь к редким путникам, сглатывая не вовремя побежавшую слюну. Сложно сказать, что мое путешествие началось с какого-нибудь интересного события, по-этому и болтаясь в телеге с сеном местного полурослика, решившего подвезти путника, я и занялся своей первой запиской, мечтая о забытой в редакции косточке с заветренным мозжечком.
Уже близился вечер, а значит мне пора было покинуть свернувшего на запад крестьянина. Узнав где в этих краях постоялый двор, я скорым шагом двинулся в его сторону и лишь спустя пару сотен шагов свернул на запад под раскидистые ветви дубов императорского леса.
Шагая ранним утром по узкой звериной тропе, петляющей среди стройных корабельных дубов, я вспоминал отправленную накануне записку. Вы узнали о причинах разлада между странами, о проблемах, вынудивших меня покинуть редакцию, да и о начале моего путешествия успели узнать. Но есть один большой вопрос, существование которого ваш покорный слуга порой и не замечает...
