Так что дело ясное, что дело тёмное. И Крым – для Евросоюза печалька маленькая. Есть и побольше – те же беженцы и та же Украина, висящая у Европы на боку, как та расписная торба, с которой возились-возились… Ну, не будем лишний раз называть европейских лидеров дураками в соответствии со старой пословицей. Их и так всё чаще ими называют. И местное население, раздражённое «новыми европейцами» из Сирии, Ливии, Ирака и Афганистана до крайности. И сами мигранты, которые в гробу видели европейские законы и прибыли Европу осваивать – в понятном им стиле. И турецкое руководство, гипнотизирующее немецкого канцлера, как кобра воробья, требующее от ЕС того, и этого, и безвизового режима для турок по потребности. И европейские бизнесмены, не понимающие, какую, собственно, угрозу для них представляет Россия с её громадным рынком, и подозревающие, что следующей угрозой в соответствии с американской внешней политикой будет назван Китай – и тогда экономике Европы будет совсем грустно. А ведь и на самом деле такое может быть, как было с Ираном…
При всём том разном, что происходит и будет происходить с Крымом, его населению повезло. Его не будут бомбить и обстреливать, как население Донбасса, – и это главное. Да, оно попало в состав другой страны, чем та, которой был СССР. Со своей бюрократией и своей коррупцией, запредельной, если забыть об альтернативе, которой для Крыма была Украина. С криминалом во власти и сословным обществом – не самым успешным, с точки зрения автора. С имперскими традициями во всём их сложном переплетении хорошего с плохим и достойного с безобразным. Ну что поделать, жизнь такая. Но Керченский мост к Крыму будет построен. Федеральные бюджетные транши он получал и получать будет в свой срок – в отличие от большинства остальных регионов. И хотя многие в российской элите, в том числе придворной (при условности империи как отечественной системы правления), воспринимают Крым как объект для личной карьеры и личного обогащения, для многих он – символ возрождения страны. Что само по себе есть резерв огромной мощи, что бы по этому поводу ни думали в Европе или в Соединённых Штатах…
С годами остаётся всё меньше надежд на то, что где-то есть такое место, где всё устроено как надо. Правильно устроено. И каждый получает то, что заслужил. На самом деле в итоге каждый получает именно то, что заслужил, чего внутренне хотел, ради чего готов был рискнуть и с чем согласиться. Хотя мало у кого хватает храбрости признаться в этом самому себе и тем более окружающим. Даже в советское время, когда огромная масса народа стонала насчёт зажима сверху и справедливо полагала, что наверху – в партийном и государственном аппарате – количество нравственных уродов и конченых циников сильно превышает общее процентное содержание этого добра в братских народах СССР. Многие из-за этого сильно пили, однако из-под пресса можно было выскользнуть. Причём при всех правителях. И речь тут не об эмиграции, хотя для многих и это было выходом – как минимум до той поры, пока не оказывалось, что там, откуда ехал, было тесно, душно и тошно, а там, куда в конечном счёте приехал, ты и твои заморочки никому не нужны. Причём если ты в личном качестве ещё можешь пригодиться – дороги мостить, занавес в театре отдёргивать, таксистом или в баре вышибалой, то заморочки можно отложить в нафталин. И не до наступления правильной погоды, которая никогда не наступит, а навсегда. Набоков оказался большим исключением.
Ну, разумеется, при Сталине было хуже, чем при тех, кто был позднее. Щёлок, куда можно забиться, поменьше, груз над головой побольше. И давило в пыль. Лагерную. В кровавую юшку и костную муку. Параллельно шла индустриализация, выигрывалась непомерной ценой война с Третьим рейхом, недоуничтоженная и показательно обласканная, кто остался в строю, Академия наук в дикой запарке выдавала на-гора одно открытие за другим, атомный проект закладывал основы всего ядерного и космического… Время было такое. Хотя вообще-то система отношений власти и народа какой была, такой осталась. С царских времён до сегодняшнего дня. От Российской империи, построенной методом ломки через колено на большой крови Петром Алексеевичем, через империю Советскую Иосифа Виссарионовича, до империи третьей – нынешней. Создателем которой является Владимир Владимирович. С короткими периодами бардака в 20-е и 90-е, когда начальство стирало ластиком подчистую верхние эшелоны старых элит, заменяя их собой. Народ имел при этом редкие возможности стремительного карьерного роста, массового подыхания с голоду или грабежа награбленного. Инженерам и учёным было тогда очень плохо, а гуманитариям-мечтателям хорошо. Не в смысле куска хлеба, а в смысле свободы творчества.
