Постарался не переедать, вдруг опять придётся побегать? И вскоре уже вновь вместе с ящерёнком опускался в закопчённый зев колодца. Но теперь на мне уже была маска. Да и лучшую рапиру прихватил. Не всё же эрги’сами разбрасываться по пустякам, может, когда и клинком можно управиться с зубастой напастью?
Только из-за обилия сажи пожалел вскоре, что сбросили сюда ёмкость с горючей смесью. Целые пласты отваливались на голову, и не будь у меня структуры защиты, живо стал бы похож на негра. И маска бы не спасла. Пришлось использовать энергию, создавая вокруг себя пылеотталкивающий кокон. Мелочь вроде, а жаба давит.
«Кто такие негры?» – после вопроса от ученика показал ему несколько картинок ментального плана: джунгли Африки, таксист на улицах Нью-Йорка, президент США. На поток остальных вопросов отвечать отказался. Слишком долго объяснять, почему в моём родном мире столько много рас, а вид разумных только один.
Опять при спуске внимательно присмотрелись к тому месту, где вчера почувствовали за толщей металла неведомое существо. На этот раз никого. И никто к нам не стучался, намереваясь пообщаться. Но легче от этого не стало: где-то
Зато внизу нас ждало очередное изменение: груда камней и обломков заметно просела вниз, и теперь там образовалась солидная яма. Правда, часть обломков, покрытых копотью, разметало в стороны по всему залу. Но это хоть было ожидаемо. А вот куда делись останки клопов? Ведь сколько мы ни присматривались, ничего похожего на них не обнаружили.
Выгорели начисто? Или пожрали друг дружку?
Аккуратно прошёл по коридору, большому тоннелю. Там я вчера нарезал преследователей силовым диском, что-то от них да останется. Да и взрывом многих порвало. Вот там ещё больше поразились: ни пятнышка на великолепном мраморе пола! Что за чудеса? Даже на трубах, стенах или своде ни малейшего кусочка разлетевшихся внутренностей.
Только и оставалось, что сделать очевидный вывод:
– А системы очистки тоннеля работают великолепно!
Ящерёнок мне возразил:
– Почему тогда не убрали обломки и копоть в зале приёмки дичи? Тогда как обгоревшие туши куда-то испарились.
Слышавший все мои комментарии Лёня сделал вывод:
– Раз опасности внизу никакой нет, значит, и я могу спускаться?
Лишний исследователь и помощник не помешал бы, но… Вначале надо нам самим тут всё обшарить, осмотреть и ощупать. Хотя Алмаз так и не отлучался от меня, предпочитая находиться на плече. Чего-то он всё-таки боялся. Пусть и подспудно, не осознавая это.
Так что товарищу последовал отказ:
– Страхуй пока нас на поверхности. Да и советы от тебя пользу приносят.
– Какую?! – зафыркал он. – Не дают заснуть от смеха?
Как-то нам было не до веселья. В сторону города идти не стали, пошли в иную сторону, где мы предполагали отыскать если не почтовую станцию с телеграфом, то хотя бы склад готовой продукции с терминалом автоматической погрузки.
Но вначале пересекли осторожно участок, где трубы уходили плавно в стены, а в своде тоннеля виднелись прорези для опускаемых ворот или герметичной заслонки. После осмотра окончательно убедились, что в случае аварийной обстановки здесь возникает преграда, могущая противостоять и большому напору воды. Что с высоким техническим уровнем всего комплекса несильно-то удивляло. Наверняка подобные перемычки имеются во всех без исключения тоннелях, коридорах и переходах. А мы просто не рассмотрели в самом первом тоннеле.
Попытались рассмотреть на стенах элементы управления заслонкой. Или хотя бы видеокамеры. Иначе как пользоваться преградой в ручном режиме? Или как она срабатывает автоматически, коль идёт поток воды? Но, так ничего и не обнаружив, тронулись дальше.
Склад, а правильнее наверняка терминал, обнаружили метров через триста после плавного поворота всего тоннеля. Причём громадное помещение оказалось не только заставлено массой непонятной с первого взгляда техники, устройств, коробок, ящиков и рулонов жести. Оно оказалось обитаемо, хотя вначале мы этого тоже не заметили.
Пытались оставаться на одном месте и, включая логику, понять, что же мы видим. По всем прикидкам, получался всё-таки отгрузочный, скорей всего, автоматический терминал для готовой продукции.
– Всё-таки консервы! – досадовал Леонид, выслушав мои первые пояснения. – А так хотелось копчёной колбаски! С чесночком, с приправой…
После чего весьма удачно спародировал Аллу Пугачёву, чуть переврав слова знаменитой песни:
– Ты так захочешь колбасы, не полюбившейся когда-то, что воевать пойдёшь с врагом лишь с кулаком, без автомата…
Чего уж там, заставил хохотнуть, чертяка, заставил.
Нижние трубы с водой уходили в пол. А вот верхние смыкались, уходя вначале в стороны, а потом обходя гигантским бубликом весь зал и становясь цельной. И только в одном месте труба оказалась раскрыта: её верхняя часть поднималась вверх и откидывалась сильно в сторону. В виднеющейся выемке просматривалась грузовая капсула в виде цилиндра для готовой продукции.
