– Выше! Выше следовало брать! Слишком далеко, не попадёт даже…
Это у него не попало бы! А мы тут работаем по чётко разработанным инструкциям. Поэтому мой эрги’с не только ускорил стрелу, но и повёл её прямо, словно по световому лучу. После чего вонзился не просто в сигару дирижабля, а в носовую часть гондолы, разнося её напрочь.
– Золотой… выстрел… – только и выдохнул рядом стоящий со мной специалист. А я уже мчался к носовой аркабаллисте, успев чувствительно ткнуть механику пальцем по рёбрам и крикнуть:
– Не спи! Заряжай! – взял за ручки наводки и уже капитану: – Десять градусов влево!.. Так держать!
Тут уже встречный ветер сильно мешал, я и пожалел, что нет толковых защитных очков. Пришлось прямо на ходу сооружать некую приспособу из собственного тела. Благо, что наличие сразу четырёх симбионтов в моём теле и не то позволяло учудить.
Но стрелять я не торопился по двум причинам. Слишком далеко, и оставался шанс, что хамайцы мчатся не столько к нам, как к разбойным кораблям царства Гивир.
Увы! Нас они уже успели идентифицировать чётко, а потому атаковали именно наш корвет. Хорошо, что поторопились, хоть и рассчитывали на своё преимущество в высоте. Две стрелы прошли значительно ниже нас, заставив меня поторопиться.
Посланная мною стрела, да на встречном курсе оказалась почище разрывного снаряда. В гондолу я почему-то не попал – наверное, сработала защита у противника, – но зато порвалась, смялась от удара вся нижняя часть несущей сигары. Весь каркас в том месте превратился в лохмотья, следовательно, и крепления оказались перебиты. Так что гондола этаким ракетным штопором устремилась к земле. Тогда как остатки несущего каркаса после сброса основной тяжести даже резко затормозили на высоте.
Второй хамайский корабль летел чуть сзади уничтоженного, а потому довольно резко принял влево, стараясь избежать столкновения с разлетающимися обломками и даже секциями со сверхлёгким газом. Так что минута-полторы у нас в запасе появились для зарядки носовой аркабаллисты. Да и я уже стоял возле кормового устройства, задавая новое направление:
– Резко влево руля и вниз!
Нас же с правого бота, с высоты, атаковал ещё один гивирский пират. Манёвр был сделан более чем свое-временный, и всё-таки мы чуточку не успели. Массивная, в полтора раза больше, чем наши, стрела вонзилась в кормовую часть несущей сигары. Чуть ниже, и меня бы уже никакие симбионты не спасли! Насадился бы на остриё, как бабочка на рапиру.
Так что я, наверное, от злости или от страха отправил со стрелой эрги’с раза в три мощней, чем следовало. Вот он и порвал врага в буквальном смысле этого слова. Гондолу противника разорвало и разметало в стороны, словно картонную. А учитывая, что их корабль оказался раза в два больше, чем наш, на его борту ещё и десант солидный имелся. Вот десятки фигур разбойников и полетели вниз, сопровождаемые нашими взглядами и восклицанием механика:
– Это уже не просто «золотой» выстрел! Это целый «бриллиантовый»!
Хорошо, что капитан не забыл контролировать окружающую обстановку, не давая нам расслабиться после череды побед:
– Держаться! Носовой… Товсь!
Разворот вправо и носом вверх получился настолько крутым, что, не держись мы за что было под руками, так бы и улетели в распахнутые стрелковые амбразуры. Наверное, ещё и резко просевшая после попадания корма помогла так резко развернуться. И некоторое время мы летели практически задом наперёд. И с уклоном в сорок пять градусов. Что тут скажешь… Ас! Никакого сомнения! За штурвалом истинный ас!
А вот мне карабкаться по палубе к носовой аркабаллисте оказалось архисложно. Как только сумел раскорячиться? Но главное, что успел: хамайский корабль уже находился в стремительном скольжении к нам на расстоянии пятисот метров. Не ушёл, редиска! Решил отомстить за погибших товарищей!
И мы успели с вражеским стрелком выстрелить одновременно. Только мне жить ещё не расхотелось и после выстрела прикрыл носовую часть нашей гондолы тройным силовым щитом. Но всё равно удар оказался страшен по силе. Мой щит настолько вмяло внутрь, что он вдавил уголки наружного профиля, выбил боковые стёкла, идущие под наклоном, и сильно ткнул непосредственно аркабаллисту. А я-то отскочить и не успел! Точнее, и не пытался! Потому что хотел рассмотреть результат своего выстрела. Лопух…
Удар прямо в грудь массивной станиной отбросил меня метров на пять. Затормозил я только под ногами у капитана, который со зверским выражением на лице пытался удержать управление своей яхтой. Потому что и наше положение, несмотря на полный разгром противника, оставалось плачевным.
Но вначале мне было не до общих сложностей. Дыхание выбило так, что сознание помутилось, возникла печальная мысль, что уже умер:
«Вот и всё… Жаль, так ничего и не успел…»
В самом-то деле, что я такого сделал полезного или ценного в своей жизни? Вон Машка, к примеру, и Катя с Верой целую империю основали. Людоедов ополовинили. Сразу три расы объединили для святого, общего дела.
