Леонид навсегда о себе память в цирковом искусстве клоунады оставил. Пусть и не на Земле, зато точно в мире Набатной любви. Магистр Румди сотни учеников после себя оставит.
Македонский в мои годы командовал армиями. Фараон Эхнатон правил самым великим на то время государством…
«Стоп! Куда это меня понесло?… – после этой мысли мне захотелось заорать от боли. Или хотя бы застонать. Да где там! Мне показалось, что рёбра вылезли со спины и дышать больше нечем. А чтобы стонать, надо вначале вдохнуть. Рассмотреть тоже ничего не смог, потому что перед глазами мельтешило красное марево. Зато понял, что руки мои чисто инстинктивно пытаются не то ощупать грудь, не то вправить её обратно. А там!.. Хм… А там вроде как всё в порядке, никаких проломов или торчащих наружу обломков. – Почему тогда так паршиво?… И так больно?…»
Вот тогда только и удалось судорожно вдохнуть первый раз. Причём получилось это против моей воли: кто-то мне перекрыл нос и резко дунул в рот. Мельтешение только усилилось, а боль вообще захлестнула сознание. Зато лёгкие заработали, а ещё через пару мгновений непослушные губы уже смогли выдавать стоны и ругательства:
– Эпическая гайка!.. Где я?… Неужели умер?… И что за демоны злобные меня окружают?…
Последние слова я пролепетал, прекрасно опознав нависших надо мной Фею, Эулесту, Найдёнова и Румди Шака. Скорей всего, именно Знахарка в меня вдохнула воздух, потому что продолжала удерживать за голову. Теперь у неё в глазах читался страх, что у меня от удара ещё и сознание пострадало.
Зато Лёня сразу поддержал мой чёрный юмор, зарычав как истинный вурдалак:
– Мы вырвали у тебя душу! А теперь начинаем есть твоё тело! И право первого укуса предоставляется владычице геенны огненной, кровавой саламандре!
Конечно, я попытался делать вид, что боюсь, но у меня слабо получилось. Потому что Эулеста первой нас разоблачила, вскочила с колен, брезгливо отряхивая ладошки и поучая смуглянку:
– Ничего бы с ним не случилось, зря ты ему в рот плюнула! Хотя яд и полезен в небольшом количестве…
– Я делала ему искусственное дыхание! – попыталась оправдаться Фея, покрываясь сочным румянцем смущения. И магистр, присматриваясь ко мне, определил мою полную адекватность. А потому поддержал свою подданную:
– Она тебя спасла, потому что ты бился в судорогах и никак не мог вдохнуть…
– Да верю я, верю. И огромное спасибо за своевременную помощь! – Я успел поймать Фею за кисть её ручки и благодарно пожать. – Это просто из-за большой боли такие у меня неудачные шутки… Только не пытайтесь меня сейчас поднять или ворочать. Дайте отлежаться… Кстати, как там Алмаз?
Ещё бы! С такими трясками, пертурбациями и резкими пируэтами за борт могло вылететь всё, что не закреплено. Корзинка была закреплена, благо инструкции мы выполняли строго, но вдруг?…
– На месте твой ученик! – отозвался почти сразу Найдёнов. – Так и дрыхнет, словно ничего не случилось.
– Пострадавшие есть, кроме меня? – на этот вопрос стал отвечать капитан, так и продолжающий стоять у штурвала:
– Раненых нет. Есть погибшие. Во время последнего манёвра вроде все удержались. А вот при встречном ударе ученик магистра сорвался, его бросило на корму, и там он ударил в спину второго штурмана, держащегося за аркабаллисту. После удара и того поволокло дальше, и они оба выпали через кормовую амбразуру. Высота была тысяча метров. Под нами голые камни, почти без растительности.
Понятно. Совершать посадку для поиска тел – излишний риск для всех остальных. Да и полностью бессмысленная затея. А второго штурмана искренне жаль… в отличие от нерасторопного и туповатого ученика. Хотя со временем и его можно было бы наставить на путь истинный. Но тут уж ничего не изменишь.
Тем более что доклад продолжился:
– Дирижабль тоже повреждён. Скорость восемьдесят, больше не получится, иначе может сорвать оперение. Пробиты две секции в хвосте несущего каркаса. И одна секция треснула в первой трети, когда последнее копьё отразилось рикошетом от выставленного тобой щита. Теперь мы чудом удерживаемся на одной высоте в пятьсот метров, а точнее, идём ровно благодаря скорости и горизонтальным рулям. Если сядем, то больше не взлетим. Тем более без капитального ремонта. Сейчас вот думаю: что делать? То ли очень плавно разворачиваться и лететь на свою сторону фронта, то ли искать укромное место для посадки здесь, в Хамайских Долинах?
– Никакой посадки! И никакого разворота! Двигай прямиком к городу Пайролк!
– А если нас вновь атакуют?
– Вот тогда и пойдёшь резко на вынужденную! – настаивал я, глядя на него прямо из положения лёжа, ещё и добавляя в голос магического гипноза. – А пока летим, сколько сможем. Всё равно темнеет, небо чистое, мы над землёй низко, нас не заметят, а сами сориентируемся по звёздам. Или не осилите прокладку маршрута?
Не знаю, что подействовало на капитана, здравый смысл, желание достичь цели или мой гипноз, но кэп только тяжело выдохнул, оглянулся с сожалением назад, а потом скомандовал:
